Услышав нетерпеливое кряхтенье Либанова, я очнулся, открыл глаза и — снова ощутил назойливый зуд проклятой аппаратуры. Поморщившись, спросил:
— А музыки тут никакой нет? Может, не так давить на мозги будет…
— Почему нет? Всё есть, не вопрос.
Либанов, не вставая, опасно склонился со стула набок, выловил из беспорядка на журнальном столе пульт от какого-то девайса, потыкал в кнопки — вуаля, заиграло. Хрень какая-то симфоническая — и кто только выбирал, интересно мне? Сам-то Либанов вроде в таком не замечен. Я повертел головой, пытаясь понять, где конкретно расположены замаскированные колонки, но не преуспел. Пришлось забить.
Либанов сидел напротив меня, но не рядом, так что, пришлось наклониться к нему. Он, видимо, ждал чего-то такого, потому как с готовностью согнулся в мою сторону тоже, да так активно, что мы едва не столкнулись головами. Это предсказуемо ввергло нас обоих в нервный смех — ещё пять минут коту под хвост!
Кое-как успокоившись и вытерев слёзы, мы с преувеличенной аккуратностью поставили стулья бок о бок и лицом друг к другу, чтоб особенно не наклоняться, но при этом сидеть почти вплотную.
— Вот это хорошо получилось, кстати, — чуть ли не в самое ухо резюмировал Либанов удовлетворённо. — В принципе, вот так, вплотную, да с музыкой на фоне, можно и прямо в лабе говорить, наверное — сомневаюсь я, что бывают микрофоны с такой чувствительностью, чтоб хоть слово разобрать.
— Ну — сейчас нам в лабе делать нечего… А на будущее — запоминай, — согласился я. — Короче, дело такое…
И я рассказал всё, чем развлекался на досуге в последние недели. Про водопады, камни, окна, космос, выложил все свои идеи по управлению удалёнными космическими телами, про очистку от космического мусора, про возможность скидывать ядерные отходы прямо на Солнце… ну, или почти прямо. Либанов сосредоточенно молчал, не проронив за весь мой монолог ни единого слова, я даже засомневался — он не спит там? Однако, стоило мне наклониться, чтобы взглянуть ему в глаза, он отрицательно помотал головой: мол, проверять не надо, я внимательно слушаю. Но порыв меня уже покинул, ничего нового в голову больше не лезло, так что я тоже замолчал и уставился на него требовательно: твоя очередь.
Отвечать Андрей не торопился, совершенно спокойно глядя на меня. Ещё ведь и сидит так расслабленно, зараза, на спинку стула откинулся, всё хорошо у него! А я изогнулся буквой зю, чтоб в глаза ему смотреть а не в стену мимо! Нет, всё-таки, не очень это удачная позиция, кому-то обязательно неудобно будет. Надо думать ещё.