Не зря говорят, что утро добрым не бывает, вот и для меня оно началось не с нежного поцелуя любимого, а со слюнявого облизывания шершавым языком моего уха.
— Фу, Вьюга, — подскочив в кровати, я мгновенно определила причину моего пробуждения, — мокро же.
Довольная псина, виляя хвостом, скрылась за приоткрытой дверью спальни, откуда послышался тихий голос Ламиры.
— Разбудила? Умница, — шептала сестра, — с меня сахарная косточка. А то ведь она у нас такая соня, что до обеда можно ходить вокруг да около, и всё без толку, а сигнала, который будил нас в общежитии, здесь, увы, не слышно.
— Вот же, заговорщицы, — закрывшись в ванной комнате, ворчала я, смывая мокрые следы слюнявого преступления, оставленные собакой на моём лице. — Всё не как в нормальной семье — ни тебе доброго утра, ни спокойной ночи. Подъём, отбой — вот и все нежности.
Приняв душ и переодевшись, я вернулась в спальню, только сейчас обнаружив, что Рэй так и не ночевал здесь: постель с его стороны оказалась нетронутой.
Прямым ходом направившись в кабинет, я распахнула дверь, собираясь возмутиться, но тут же тихонько закрыла её снова, поскольку Рэймон, уткнувшись лбом в локтевой сгиб, спал, склонившись над столом, посреди вороха документов.
Пожалуй, вместо яростных криков ему сейчас гораздо приятнее будет услышать ласковый голос любимой и увидеть перед собой чашечку горячего травяного чая.
«Растёшь, деточка, — похвалила меня Нилада, когда, сбежав по лестнице и поздоровавшись с девчонками, я нагрузила на поднос пирог и заварной чайник с чашкой, — так держать».
Её слова были приятны, но реакция снежного, когда я принесла ему чай и разбудила лёгким поцелуем, оказалась гораздо ценнее.
Его растерянно-удивлённый взгляд, сменившийся счастливой улыбкой, оказался для меня самой настоящей наградой. Хорошо, что не накинулась с претензиями. Ему сейчас и так нелегко.
— Столько дел накопилось, сама видишь, — разведя руками, словно оправдываясь, произнёс милый с набитым ртом, пытаясь пережевать огромный кусок пирога, засунутый им в рот пару секунд назад.
— Вижу, только давай договоримся, что дела — делами, а отдых по расписанию, — коснувшись губами его щеки, пожурила я. — А то, знаешь ли, дурной пример заразителен.
— Намёк понял, приму к сведению, — по-военному отрапортовал муж. — У тебя хотя бы получилось отдохнуть на новом месте?
— Спала как младенец, — кивнула в ответ, забирая опустевшую чашку и блюдо из-под пирога. — Так что к первому учебному дню готова.
Хотя, уже через два часа я не была так уверена в сказанном, поскольку первым занятием нам поставили «Магические плетения», которые теперь вёл сам лорд Рейстон-старший, оказавшийся дотошным преподавателем, требующим от адептов невозможного.