– Ваша светлость!
Отец остановился и, облегченно выдохнув, сказал:
– А, это ты, Харитон.
– Простите старика, – быстро извинился мужичок. – Не признал вас, Павел Феоктистович. А вы, значится, прибыли в наследство вступать? Как же хорошо! А то дом стоит пустой, заброшенный. Я, как водится, любопытных гоняю да в парке порядок поддерживаю. В дом-то мне доступа нет.
Отец посмотрел на меня и пояснил:
– Лизонька, это Харитон, смотритель парка. Он приглядывает за домом уже добрый десяток лет.
– Вот как… – протянула я.
Теперь стало понятно, почему вокруг так чисто и ухоженно и почему дом остался нетронутым.
– Княжна, – повернулся ко мне смотритель и снова поклонился, – прошу простить любезно. Не признал. Я же видел вас мельком, да и давненько это было. Вы вот такого росточку были. – Он поднял ладонь над землей на уровне своей талии и улыбнулся, показав на удивление крепкие зубы желтого цвета, что выдало в нем пристрастившегося к табаку курильщика. – А сейчас вы какая барышня красивая на выданье!
– Я вас совсем не помню, – призналась я и тут же спросила: – А можно ли войти в дом?
Харитон покосился на моего отца и быстро ответил:
– Никак нет. Разве только если у вас есть ключи. Мне не велено ступать даже на порог. А я, слово давши, его держу. Не смею нарушить.
Тут он странно покосился на дом. По лицу его промелькнула какая-то тень, но она тут же исчезла. А отец, вздохнув, сказал:
– Вот незадача. Ключа у нас нет. Надо взять у душеприказчика. Думаю, как только он заверит документы у главного поверенного и ты, моя дорогая, вступишь в наследство, тогда и ключи получишь.
Отец произнес эти слова как-то совсем безрадостно. А матушка тут же вставила свое веское слово:
– Дом надо продать. Будет Лизоньке хорошая добавка к приданому.
Я усмехнулась и покачала головой.
– Мама, ты же слышала условия, – ответила я ей и, покосившись на Харитона, навострившего уши, спустилась со ступеньки и подошла к родителям. – Хорошо. Дома поговорим, – сказала я. – Дом мы посмотрели. Решение свое я не изменю. – Затем, обернувшись к смотрителю, я громко проговорила: – Ну, любезный, ожидайте в скором времени приезда хозяйки. Петр Феоктистович дом мне завещал.
– Вам?
Кажется, Харитон был удивлен. Я же, попрощавшись с ним, взяла родителей под руки и повела прочь от дома, который пугал маму и, признаться, так интриговал меня.
– Буду ждать, княжна! Очень буду ждать! – донеслось вслед.
Уже выйдя за ворота, я не удержалась, обернулась и посмотрела на дом. И невольно вздрогнула, когда мне вдруг показалось, что окна наверху вспыхнули огнем, словно там, в пустых комнатах, кто-то зажег свечи, всего на секунду. Зажег, чтобы спустя миг сразу же их погасить.