— Найми себе глойти.
— Они ограничены. Они ненадёжны. Они вечно упоротые наглухо и без башки.
— Я тоже не образец здравомыслия, — фыркнула Аннушка. — Все мы, люди фрактала, слегка того… Или не слегка. Работа вредная.
— Я готова рискнуть. А ты?
— Чего ты конкретно хочешь, рыжая?
— Ты уходишь от Мелеха. Перестаёшь работать на Конгрегацию… С этим же нет проблем?
— Ха, да только о том и мечтаю! Но ты продолжай, продолжай.
— Ты не будешь работать на Коммуну. Ты даже не будешь работать на меня. Ты будешь первым и единственным свободным курьером Дороги.
— И в чём твой интерес?
— Я буду тебя нанимать. Иногда. Передвижение по реперной сети — быстрый, но ограниченный и небезопасный способ. Это стационарные объекты, о которых известно слишком многим. Возле них легко организовать засады, они требуют использования операторов и подотчётного оборудования, через них можно попасть не куда угодно. Мне, как и тебе, нужна свобода. И я готова оплатить твою ради своей.
— И я не буду принадлежать тебе душой и телом?
— Нет-нет, — засмеялась Ольга. — Чисто деловые отношения. Я буду оплачивать каждый заказ отдельно, ты сможешь работать с другими заказчиками. Может быть, мы однажды подружимся, но это тебя ни к чему не обязывает.
— И где расписаться кровью?
— Просто выпей Вещество.
— Его можно запивать алкоголем?
— Нужно.
— Тогда — твоё здоровье! — Аннушка решительно опрокинула в рот флакон, в нос шибануло миндалём и полынью, но глоток виски смыл этот вкус. — Хм… Что-то ничего не чувствую.
— Подожди немного, — Ольга загадочно улыбнулась, — давай пока ещё выпьем.
Девушки чокнулись — рыжая рюмкой водки, черноволосая — тамблером с виски. Выпили. Доели мясо.
— Слушай, — сказала Аннушка смущённо, — у меня такое странное ощущение…
— Небольшой побочный эффект, — засмеялась Ольга. — Хотела предупредить, но решила, что так смешнее. Видишь ли, после приёма Вещества организм чувствует прилив сил…
— Ну, прилив, понимаю… Но почему, блин, именно к этому месту?
— Непостижима логика природы!
— И что мне теперь делать, блин?
— Как что? Мне надо тебе объяснять про пестики и тычинки?
— Чёрт, как бишь зовут того бармена?
— Дмитрос. Я же говорю, со мной не соскучишься!
— И вы подружились? — спросил я Аннушку, когда она закончила рассказ.
— Да, как ни странно. Ольга оказалась сложной женщиной с неоднозначной этикой, но со мной поступила честно. У меня всегда было право отказа — если мне не нравилось то, что она затевает, я могла сказать: «Нет, это без меня». Но воспользовалась им я всего раз, и она на меня не обиделась. В остальном, это было взаимовыгодное сотрудничество и хорошие отношения. Мне очень её не хватает, если честно. Меня мало занимали её интриги, но с ней действительно было весело, хотя и опасно. А главное, я всегда знала — если я попрошу о помощи, она бросит всё и примчится.