Очень показательно в связи с вышеупомянутым высказывание госпожи Бергман, которая, цитирую: «по части поцелуев ожидала от профессора некромантии большего». Простой анализ фактов говорит нам, что я всего лишь оказался экземпляром в её коллекции поцелуев. Означенная госпожа соседка ‑ легкомысленная поцелуйная коллекционерка! И это самое деликатное выражение из тех, что просятся сейчас на бумагу. Я должен был сразу это распознать. Ещё на кладбище, когда госпожа Бергман набросилась на меня, как голодный упырь на запоздалого путника. Но я по неопытности счёл это проявлением её темперамента.
Как я был слеп!
Как я был глуп!
Она мне ещё и потренироваться предлагала… Вы посмотрите, какая мастерица международного класса пропадает в безвестности провинциального Райнбурга!
Где её глаза, господин бургомистр? Разве можно сравнить меня — и этого, с позволения сказать, «мелкого паршивца» с блестящей лысиной вместо перспектив? Чем она думает⁈
У меня есть версия, но в приличном обществе такие версии не обсуждают.
Я разочарован и раздосадован.
Но это не помешает нам с Дэмоном выполнить свой долг перед обществом. Мы всё равно отправимся на ночное патрулирование! И если я оттуда не вернусь, она горько пожалеет о своём поступке.
Но будет уже поздно!
Запомните меня таким.
Рихард фон Диттмар, на боевом марше против тёмных сил вселенского зла.
p.s. Извинитесь, пожалуйста, перед сторожем кладбища, когда он в себя придёт. Просто он не в то время со своими философскими вопросами. Что я делаю на кладбище? Не его дело, что я там делаю! Я, может, и сам не знаю, что…
p.p.s. И ту пару памятников, которые я разнёс, я обязательно восстановлю. Но честное слово, они только уродовали пейзаж!
P. P. Р. S. Сегодня, в пять часов утра, заложник был казнён через сожжение в камине. Прах его был развеян. Рука палача не дрогнула, несмотря на мольбы заключённого. Потому что некроманты — бессердечные, некродушные и просто душные. Да, мы такие!
P. P. Р. Р. S. Эти пятна на письме с растёкшимися чернилами — просто капли дождя. Помните, как у поэта: «Дождябрь. Достать чернил и…». Нет, впрочем, нет. Это не о некромантах!
P. P. Р. Р. Р. S. А завтра я куплю пилу.
г. Райнбург, 2 дождября 1875 года
г-ну бургомистру Уве Шульцу
Многоуважаемый господин Уве!
Уж кто бы возмущался падением нравов, а не столичный лицемер и ходок. Иными словами, кобель! Не в обиду Дэмону будет сказано.
Этот Рихард фон Диттмар, господин бургомистр, не аристократ, а аристовраль!
Он думал, я не узнаю о его переписке с госпожой Ингеборг фон Вебер из столицы⁈ Не увижу эти её надушенные голубые конверты⁈ Эти её выбражульские буковки с вензелями⁈