— Загадывать она не хочет. Это называется планировать свою жизнь, моя дорогая, — ворчит в трубку. — А с проектом что? Туманов молчит. Следовательно от проекта он не отказался и дизайнера сменить не хочет.
— А что с проектом? Всё по плану, я ведь уже согласилась его взять, — бормочу. — Работы там конечно будет много. Надо как-то выбрать время и съездить на объект, осмотреться. Придётся звонить Туманову, уточнять у него, когда это лучше сделать…
— Судя по тону, я так понимаю, с родственником ты общий язык не нашла.
— С ним это нереально, — фыркаю. — Самодовольный, самовлюблённый… хам непрошибаемый!
От упоминания о Туманове настроение начинает стремительно портиться. Даже мороженое не доедаю, зашвыриваю остатки в первую попавшуюся по дороге урну.
— Но ты ведь понимаешь, что общаться всё равно придётся? Нравится тебе или нет, но теперь вы тесно связаны. И не только работой.
— Конечно, понимаю… Ради Егора я готова потерпеть. К тому же, родственников ведь не выбирают. В моём случае уж точно…
— Ладно, скажи мне лучше, куда ты денешь ребёнка, если придётся ехать на объект? Опять с собой потащишь?
— Ну нет. На стройке Егору точно делать нечего. Позвоню Ане, — отвечаю, с благодарностью вспоминая помощницу Давыдова. Даже не знаю, что бы я делала без неё делала. Она в буквальном смысле слова наша с Егором палочка выручалочка. Уже столько раз спасала меня, когда надо было срочно ехать на стройку, а малыша не с кем было оставить.
Попрощавшись с Давыдовым, прячу телефон в сумку и толкаю коляску в сторону выхода из парка.
Добравшись до дома, кормлю Егорку обедом, и пока он играет в манеже, я занимаюсь окончанием проектов. Посылаю всё боссу на почту и выдыхаю с облегчением. Единственный проект, который у меня остался – это дом Туманова. В идеале надо ехать на место, осмотреться и услышать от заказчика чего он сам хочет. Но, чёрт, как же я не хочу звонить Туманову. Внутри как будто внутренний блок какой-то стоит. Сама не понимаю почему. И это не только из-за того, что этот мужик меня раздражает. Просто я чувствую себя в его присутствии как-то… странно.
Минут десять сканирую взглядом телефон, после чего всё-таки тяжело выдыхаю и набираю Туманову. Слушаю три длинных гудка, а потом… он сбрасывает вызов!
Мгновенно взрываюсь от возмущения. Ну как так можно?! А если у меня что-то серьёзное?!
Не успеваю выплеснуть всю свою злость, разговаривая с телефоном, словно он меня понимает, как мобильный тренькает входящим сообщением. Смотрю на экран и вижу смс от Туманова:
«У тебя дурная привычка срывать мои совещания, Любовь Кирюхина. Что на этот раз?”