— Парагвайские казаки перебросят в Индокитай свой африканский пехотный корпус, а флот — в район индонезийских островов. Пусть порезвятся казачки и корсары, заодно и поднимут национально-освободительное движение в регионе. В оплату же за посредничество между союзниками казаки попросят не препятствовать вывозу сокровищ с территории поверженного Третьего рейха, конечно, тех, до которых у американцев и русских руки не дотянутся.
— Так мы же всё там загребём, — погладив пальцами усы, усмехнулся Сталин.
— А вот то, чего вы не найдёте, казацкая разведка и вывезет в Парагвай. Вы даже не заметите, что утечёт сквозь пальцы. Только не отнимайте на границе добытые нами сокровища.
— И почему парагвайцы так уверены, будто они найдут то, что не далось в руки союзникам? — подозрительно прищурил глаз Сталин.
— У нас самая лучшая в мире разведсеть и технические средства магнитного сканирования почвы.
— Сдаётся мне, что вы, владыка, опять за старое возьмётесь — нужных людишек в свою эмигрантскую вотчину переманивать, — погрозив пальцем, разгадал Сталин главный секрет работы парагвайских старателей.
— Носители информации — ключ к сокровищам, — невинно улыбнулся похититель секретов. — Многие специалисты ведь постараются затаиться, чтобы не попасть в советские лагеря или американскую кабалу, а в Парагвае у нас рай для эмигрантов, поэтому нам гоняться за ключниками не придётся — сами к нам прибегут.
— Ну, если американцы позволят вам пошустрить в западной оккупационной зоне, то и в восточной чинить вам препон не станем, только уж прямо из наших рук добычу не вырывайте.
— Уверяю, вы с американцами даже не заметите никакого урона, — рассмеялся парагвайский атаман.
— Конечно, понятно, что золотишко у казаков не выпросить, но хотя бы частью добытых секретов поделитесь с соотечественниками? — с прищуром посмотрел на странного союзника Сталин.
— Мы хоть и живём на разных краях мира, но судьба у нас одна — стоять спиной к спине против общего врага, — твёрдо встретил взгляд Ронин и протянул руку для пожатия.
— Да уж, капиталисты тоже казаков не жалуют, — крепко пожал протянутую ладонь Сталин, глядя в чёрные зрачки Ронина. — Нам поодиночке туго придётся, а вместе не страшен и сам дьявол.
Сталин со злорадством подумал, что парагвайские черти украдут в американском оккупационном секторе гораздо больше секретов и золота, чем в советском, поэтому и не противился. Да и бесполезно отгонять казаков от добычи, ведь в хаосе, царящем в послевоенной Германии, парагвайские шпионы чувствуют себя как стервятники на месте кровавого побоища. Конечно, американцам не понравится такая активность чужих хищников, но они не в силах её пресечь, потому как делиться частью трофеев с парагвайцами придётся, ибо иначе в одиночку самим бодаться с самураями сильно накладно выйдет.