– Хотя не думаю, что тебе это пригодится.
Я удивленно моргнула, застыв у порога.
– В смысле?
– В прямом, девочка, – Карина лениво пожала плечами, стряхивая пепел.
– Обычно домашние первокурсницы вроде тебя здесь долго не задерживаются. Кто–то переводится в другую комнату, рыдая в деканате, кто–то съезжает на съемную квартиру, кто–то просто начинает жить с каким–нибудь пацаном из автодорожного.
– Поэтому вещи особо не раскладывай. Не привыкай, короче, – Маша даже головы не подняла от экрана.
Я почувствовала, как к горлу подкатывает горячая волна раздражения.
– А если я останусь? – резко спросила я, сделав шаг вперед.
Карина оцениюще прищурилась и усмехнулась, обнажив ровные зубы.
– Тогда посмотрим, насколько у тебя крепкие нервы.
В комнате повисла тяжелая, неприятная тишина.
Я молча покатила чемодан к единственной свободной кровати.
Стала вытаскивать вещи. Спиной, кожей я чувствовала их взгляды. Будто они специально ждали, когда я опозорюсь.
– Господи, Карин, смотри, она реально книги привезла, – вдруг подала голос Маша, прыснув со смеху.
– Век живи – век учись, епта.
– Несколько штук, – Карина вытянула шею, разглядывая мои учебники по истории и пару томиков классики.
– Ебать, сочувствую.
– Отличница, походу? – Маша скривила губы.
Я упорно молчала, запихивая свитер на полку старого шкафа.
– Сто процентов отличница. Смотри, как сопит обиженно, – продолжала Маша.
– Ставлю сотку, что она вылетит после первой сессии от недосыпа – лениво отозвалась Карина.
Они снова заржали.
Мне хотелось развернуться и выдать им трехэтажный мат, который я заучила от парней со двора.
Очень хотелось.
Но в ушах стоял голос мамы: «Лерусь, ты главное в первый день ни с кем не цапайся, веди себя тише воды, ниже травы».
– Так откуда ты приехала? – вдруг спросила Маша, лениво почесывая длинным ногтем ухо.
– Из небольшого города – буркнула я.
– А–а–а, деревня, провинция, – протянула она с таким видом, будто я только что призналась, что живу в хлеву.
– И что с того? – я резко развернулась, глядя ей прямо в глаза.
Маша удивленно подняла идеально выщипанную бровь, видимо, не ожидая, что у «лохушки» есть зубы.
– Да ничего. Просто обычно такие правильные девочки приезжают сюда, чтобы найти богатого папика на тачке, а потом их отчисляют за прогулы.
Карина тихо хмыкнула, туша бычок о банку.
– Ну или они становятся золушками, пишут конспекты за весь поток, сдают за всех зачеты за банку пива. Удобные люди, кстати. Очень полезные в хозяйстве.
Маша усмехнулась, отложила телефон на тумбочку и потянулась, из–за чего ее короткий топ задрался еще выше.