Кто-то достал телефон.
Кто-то уже откровенно ухмылялся.
Мне хотелось провалиться сквозь землю.
– Смотрите, еще и обиделась, – фыркнула одна из подружек Миланы.
– Какая нежная.
– Я ничего вам не сделала…
– Да ладно? – перебила Милана.
– Тогда чего вокруг тебя столько разговоров?
Я молчала.
Потому что что бы я ни сказала, слушать меня никто не собирался.
– Да че ты скулишь?
Милана шагнула ближе, заглядывая мне в лицо.
– Фотки все видели. Сама под Иванова легла. Думала, мажора подцепила? А он тебя, как дешевку, попользовал и вышвырнул.
– Фу, бля, – заржал какой-то парень из толпы.
– Она еще и не моется, походу, – поддакнула шестерка Миланы.
Снова смех.
У меня дрожали руки.
– Хватит, пожалуйста…
– Ой, сейчас расплачется, – закатила глаза блондинка.
Она вдруг резко выдернула сумку из моих рук.
– Милана, не надо!
Поздно.
Она перевернула ее вверх дном.
Тетради, ручки, кошелек, блеск для губ – всё рассыпалось по полу.
По коридору прокатился неприятный смешок.
Я замерла.
Несколько секунд просто смотрела на вещи.
— Да твою ж…
Меня качнуло назад.
Чьи-то руки автоматически придержали меня за плечи.
– Осторожнее, ракета.
Я замерла.
Голос узнала сразу.
Иванов.
Конечно.
Ну а кто еще.
Я подняла глаза.
Он стоял в компании своих друзей.
Все с кофе в руках.
Все сразу уставились на меня.
На мои красные глаза.
На слезы.
На растрепанные волосы.
Черт.
Только не это.
– Ого, – протянул Даня.
– Кто-то плакал.
– Неужели из-за меня? – тут же усмехнулся Егор.
Я ничего не ответила.
Просто обошла его.
Хотела уйти.
Но он сделал шаг рядом.
– Эй.
Тишина.
– Что случилось?
Я продолжала идти.
– Лера.
Ноль реакции.
– Оглохла?
Я сильнее сжала ремень сумки.
Только бы дойти.
Только бы не разреветься при нем.
Парни засмеялись.
Я ускорила шаг.
– Лера.
Снова его голос.
Я даже не обернулась.
Не хочу.
Не сейчас.
Не его видеть.
Не его слышать.
После всего.
Я слышала шаги за спиной.
Потом они остановились.
Я свернула к лестнице.
Слезы снова полезли в глаза.
Господи.
Какой кошмарный день.
Я быстро спустилась на первый этаж.
Почти бегом.
Лишь бы подальше.
Наверху остался шум голосов.
А потом вдруг послышался знакомый женский голос.
Громкий.
Ядовитый.
– Егор!
Я невольно обернулась.
В конце коридора стояла Милана.
Рядом ее подружки.
Она явно видела всю сцену.
И теперь смотрела сначала на меня.
Потом на него.
С таким лицом, будто ей очень не понравилось то, что она увидела.
Егор заметил ее взгляд.
Закатил глаза.
И сразу отвернулся.
А Милана поджала губы.
Очень нехорошо поджала.
ЕГОР
Щека до сих пор горела после ее пощечины.
Сука, пальцы у тихони оказались на редкость тяжелыми.
Чего она ревела?
Из-за поста в паблике?