– Да-мир… – снова зову приглушённо. Полушёпотом. Царапаю смуглую спину. Перебирая
пальцами жёсткий волос на затылке. Шире раздвигаю ноги, а он рывком разворачивает, и я
оказываюсь сверху.
Пялясь на мою грудь, Дамир облизывает губы и чуть сминает их в своих ладонях, припечатывая.
Словно ставит клеймо под ними. Приподнимает. Делает их более торчащими…
– Охуенные…
– Да? А раньше такими не были?
– Всегда были… Но сейчас вообще пиздец восторг… Щенячий, нахрен. Ты – космос.
– Приятно…
– Двигайся быстрее, шалунья. У нас может принцесса проснуться.
– Я двигаюсь, как хочу…
Делаю круговые движения бёдрами и чувствую, как его член приятно растягивает меня. Какой он
у него толстый, длинный… И просто красивый. С ярко выраженными венками. Визуализирую то, как
он входит и выходит из меня. Вспоминаю это ни с чем несравнимое зрелище…
И меня молниеносно прошибает оргазм. Я даже чувствую, как всего его сдавливаю, но продолжаю
двигаться. Чисто на автомате, пока он не приподнимает меня над собой, глухо простонав мне в
затылок слова любви… Или не совсем… Чёрт его разберёшь, что он там бормочет…
– Бля… В этот раз было… Охуенно…
– Я ещё хочу, – смотрю в потолок, сгребая его пальцы своими. Целую его в губы и слезаю,
завалившись рядом. – Близости хочется… Как прежде…
– Как прежде не выйдет уже, зайчонок… Пока малышка маленькая.
– Я знаю. Теперь у тебя есть ещё одна зайка…
– Она принцесса, не зайка, – улыбается он, подмигивая.
– А я вообще теперь королева, так что помалкивай.
– Ох ты… Вот это гонора прибавилось. Слушаюсь и повинуюсь, Госпожа!
– Засранец ты, королëк.
– Чë ты сказала?
– А?
– Как меня назвала?
– Королë…
Договорить не успеваю. Меня тут же накрывают собой и снова со свистом вторгаются в моë
обмякшее тело.
– Ах, ррр… Дамир…
– Замолчи, женщина… Принимай.
Закрывая глаза, целую его губы. Снова и снова ворую с них мужской вкус с примесями грудного
молока. Жадно втягиваю его дурманящий запах, пока он мстит мне за старое прозвище… В его
руках, как дугой выгибаюсь. Сердце тянется навстречу… Хочет его объятий и поцелуев…
Никто так не прижимает. Никто так не обожает. И никто так не лечит раны… Только Дамир.
На этот раз счастливые и выдохшиеся мы лежим посреди спальни, полностью удовлетворенные
этой ночью.
– Как приятно…