С этим её «хорошо» приходит спокойствие.
Блин, как я рад, что она не возмущается и на этот раз не делает мне нервы. Она ведь и сама
сильно испугалась. Сука, я бы собственными руками задушил эту тварь, которая стреляла… И
ту, которая наняла. Ведь явно же покушение было…
Мы выезжаем быстро. Наплевав на то, что скоро нас будут вызывать на допрос по повестке.
Срать я хотел. У меня билеты в Дубай. Сосите все.
Обнимая Миру в такси, целую в висок и шепчу ей, чтобы не волновалась. Что я рядом и не дам
её в обиду. Всё будет хорошо.
Пока едем, оба натянутые как струны. Постоянно оглядываемся и нервничаем. У обоих осадок в
душе. Такой день нам запороли… Всё было так офигенно.
Выдыхаем оба, когда уже сидим в самолете. Свобода… Наконец-то.
Мира не сводит с меня обеспокоенных, но заинтересованных глаз.
– Я никогда не летала, но очень хотела…
– Значит, сейчас полетаешь… Со мной. С первым.
– С первым, – улыбается она, глядя в иллюминатор. Сама попросила у меня возле окна. – Какое
массивное у него крыло…
– Ага. Здоровый.
– Дамир… – зайчонок кладёт голову мне на плечо. – Я так устала… Мне страшно. Точно всё
будет хорошо? С мамой, с Маратом?
– Уверен, его найдут очень быстро. А нас уже не будет. Всё это отцовская идея с выборами, –
я говорил, что это полная лажа. Меня никто слушать не стал. Все его защищали. Самовыдвиженец
хренов. – Расслабься, малыш… Взлетаем…
– Мамочки…
Пока летим, Мира всё время смотрит на облака. Думает о чём-то своём, а я думаю только о
ребёнке…
О её состоянии. О том, чтобы всё было хорошо, и пережитый стресс никак не повлиял на нашу
беременность.
Через четыре часа мы с ней будем спать в комфортабельном отеле, забыв о всех неприятностях
и проблемах, оставив их позади. А потом будем теплиться в лучах солнца на берегу Персидского
залива.
Всё остальное мне сейчас побоку. Моя женщина должна быть в безопасности. Она должна
наслаждаться беременностью, а не ловить сердечный приступ через каждый Божий день, будто
иначе априори не бывает. Семейство Королëвых, блядь.
Вечная проблема…
За чем он гонится, когда у него есть всё, чего можно желать? Любимая женщина, сын? Про себя
я молчу. Я про Марата… Я для отца, скорее, как постоянная головная боль. Я же ему и тут
поднасрал, выбрав из всех возможных женщин дочь его супруги…
– Прилетели, душа моя, просыпайся…