«Понятно, откуда средства», — подумала я, сжимая в гневе кулаки.
Вскоре я входила в отдельную палату со светлыми шторами, работающим увлажнителем и даже букетом свежих цветов на столике. Пахло чистотой.
Мама лежала на кровати с белоснежным постельным бельем и одетая в такую же кипенно-белую сорочку.
— Ульяночка? Ты? – ошарашенно прошептала мама, приподнимаясь на кровати.
Слезы брызнули из ее глаз. Бросив сумку на стул, я подбежала к ней и обняла самую родную для меня женщину. Она похудела, щеки валились, руки стали тонкие и морщинистые, лицо приобрело бледность, а из глаз исчез блеск. Сейчас моя мама была похожа на мумию. Даже волосы совершенно поседели. Я не сдержала слезы.
После сумбурных объяснений, извинений, слез и причитаний, мама проговорила:
— Прости меня. Дура я старая!
— Прекрати, ты не виновата! – с искренним сожалением ответила я. – Мы все решим! И с квартирой, и с этими недоврачами!
— Правда? – она с такой надеждой посмотрела на меня, что я еще раз едва не расплакалась.
Сердце разрывалось от того, как она настрадалась все это время. Проблемы со здоровьем, отсутствие близких людей рядом, нехватка денег на оплату больничных счетов и мошенники, которые со всех сторон на ней наживались. Как она боялась звонить мне, чтобы не разочаровать и не нарваться на мою злость. Мама была уверена, что уже не нужна мне.
Я улыбнулась:
— Да! Только сначала расторгнем договор с этой псевдобольницей и найдем тебе других врачей!
— Как это? – всплеснула она руками. – Мне же здесь столько всего назначают, у меня обследования!
— Ага, — хмыкнула я. – Вот только мне кажется, что большая часть этих назначений и анализов — лишь способ выманить у тебя больше денег! Я поговорю с твоим врачом и с руководством больницы тоже.
— Только не ругайся с ними, пожалуйста, — испуганно попросила мама.
— А ты ни о чем не беспокойся! Все решится, вот увидишь!
— Ох, Ульяночка! Как же я рада, что ты приехала!
Через пару часов и несколько довольно неприятных разговоров с администрацией больницы, я предупредила их о том, что подам в суд. Заведующий пожал плечом и развел руками:
— Вы зря связываетесь, наши юристы знают свою работу.
— Я тоже знаю, — уверенно улыбнулась я. – Десять лет практики в очень известной юридической фирме в Москве.
Мужчина сглотнул, довольно усмехнувшись, я попрощалась.
Мы с мамой собрались и покинули псевдобольницу. Зашли в кафе, чтобы посидеть и спокойно поговорить.
— Как ты? Какой у тебя приступ вчера случился?
Мама медленно помешивала ложечкой чай в своей чашке. Вздохнула и виновато ответила: