Дем Михайлов.
Темнотропье.
Глава первая.
Ступени перемен.
Лестница… лестница ведущая к солнцу и свободе! И затаив дыхание, я поднимаюсь по ней все выше и выше.
Дрожащая нога ступает на очередную ступеньку. Голова поднимается выше, и я с упоенным восторгом вперяю жадный взор в яркое солнечное сияние ставшее чуть ближе. Вот и свобода! Вот и ты, милая! Здравствуй, яркое солнышко, я так по тебе скучал…
Вершина лестницы. Я добрался.
Плавающая в утомленных темнотой глазах мешанина из солнечных бликов и ярких зеленых цветов несколько упорядочилась, и калейдоскоп сложился в цельную картинку.
Я увидел ветвь, усеянную глянцевыми зелеными листьями и белоснежными цветами.
Дерево! Настоящее дерево! Это хорошо!
Затем я узрел вертикальный столб яркого солнечного света среди покачивающихся древесных листьев.
Солнечный свет — это тоже хорошо! Это прекрасно!
Меня окружают серые стены с сидящими и ползающими на них множеством солнечных зайчиков.
Зайчики это очень хорошо… от серых стен повеяло чем-то грустным…
Ноздри уловили вкуснейший запах сдобы.
Булочки! Это просто великолепно! Пышные и с хрустящей корочкой…
Взгляд опустился чуть ниже, и я увидел чьи-то удивленно раскрытые глаза с изумрудными зрачками, смотрящие прямо на меня.
Хм… глаза… это хорошо или плохо?
Стоп!
Мысленно заставив себя успокоиться, я взглянул на все целиком. Обозрел, застонал и обессиленно рухнул на колени.
Увидел я следующее: просторная квадратная комната с земляным полом и с высоким купольным потолком, посреди которого квадратное отверстие, забранное толстенной металлической решеткой. Под решеткой растет большое дерево с пышной кроной, усыпанное белыми цветами. У основания древа, между выпирающими из земли мощными корнями, сидит странный старичок с окладистой седой бородой, огромными глазами с изумрудными зрачками и сверкающей в пробивающихся сквозь листву солнечных лучах лысиной.
Присмотревшись, я понял, что старичок не сидит под деревом — старичок из дерева растет! Человеческое тело на уровне пояса превращается в переплетение древесных корней, частью уходящих в землю, а частью в ствол дерева. В седой бороде кое-где видны редкие зеленые нити, несомненно, растительного происхождения, на тощих плечах сплетенная из листьев и тонких ветвей накидка.
Испустив приглушенное мычание преисполненное горя, я машинально продолжил осматриваться, выхватывая взором все новые и новые мелкие детали.
Древесный ствол с грубой корой там и сям украшен различными зеркалами. Размер, форма, окантовка — все разное. Нет ни одного одинакового зеркальца. Вот прямоугольное со строгой черной рамкой. А вот овальное с веселенькой цветастой каемкой по краю. Их объединяло одно — в каждом из зеркал отражалось солнце. Преломляющиеся лучики солнца скакали из зеркальца в зеркальце, падали на стены и крону дерева, добавляя свою толику света в комнату.