– Так значит, это правда! – недовольное восклицание сорвалось с губ эльфа и полетело в мою сторону. – Эти тупицы приволокли девку!
– Во-первых, следи за языком, – несмотря на быстро бьющееся от страха сердце, я говорила предельно спокойно. – Во-вторых, пошел вон!
– Да как ты смеешь, безродная землянка, – презрительно выплюнул он. – Ты хоть знаешь, кто я такой!
– Ой, а мне фиолетово! – адреналин хлынул в кровь. – Свалил нафиг из моей комнаты, гопник ты остроухий!
– Остроухий? – недобро прошипел незваный гость, выставляя перед собой ладонь, вокруг которой начала сгущаться тьма. – Я отучу тебя хамить высокородным снежным эльфам! – он сделал широкий шаг по направлению ко мне.
Вот тут мне стало очень страшно. Сначала я хотела закричать, но кто знает, услышат ли меня ребята и как скоро прибегут на помощь. Придется спасать саму себя. Подхватив с пола кроссовок, я, что есть силы, ударила им белобрысого эльфа. Раз, второй третий. Остроухий видимо не ожидал с моей стороны такого сопротивления. Пока он растерянно хлопал глазами, я вытолкала его за порог и закрыла дверь. На этот раз на металлическую задвижку.
Швырнув средство защиты в сторону, посмотрела на свои трясущиеся руки. Так, дыши Оля, дыши. Это адреналиновый откат. Ничего страшного. На ватных ногах я добрела до кровати и рухнула на нее как подкошенная. Бросив на окно быстрый взгляд, увидела два сияющих лунных диска.
«Все у них тут ни как у людей!», – подумала с тоской и уткнулась лицом в подушку, не в силах больше сдерживать слезы.
*Лириан*
Иврина давно уже ушла, а я так и продолжала сидеть в кабинете, бессмысленно перекладывая с места на место какие-то документы, которыми был завален стол. Что ж, можно смело признаться хотя бы себе самому, что попытка отвлечься от мыслей о землянке с треском провалилась. Каждый раз, когда я пытался вчитаться в очередной приказ или план предстоящей практики для адептов, мыли то и дело возвращались к новой студентке.
Единственным положительным моментом в её появлении было только то, что дар в ней сокрыт очень сильный, её аура густо клубилась тьмой. Но этот плюс мерк на фоне всех остальных недостатков, главным из которых было то, что она девушка. От раздражения и на эту Олю, и на двух олухов, притащивших её в наш мир, и даже на самого себя, начала болеть голова.
Я покрутил в руке бокал с янтарной жидкостью, заботливо оставленный мне Ивиной, и вдохнул терпкий аромат шоколада и цитруса. Эфемерное чувство удовольствия согрело изнутри. Я поднёс бокал к губам, собираясь сделать это чувство осязаемым, но моя идиллия была нарушена быстрым стуком в дверь. Всё ясно, кто-то из высокородных студентов пришёл требовать особые условия проживания в общежитии.