Это все, что я смогла из себя выдавить. Только эти два слова. Но гранту Арклею их хватило.
— С самого начала, — ответил он в моем же стиле.
Послушай нас кто со стороны, ничего бы не понял. Зато мы прекрасно понимали друг друга.
— Вы поэтому меня удочерили? — я впилась пальцами в подлокотники кресла в ожидании ответа.
— Естественно, — кивнул грант. — Ты же знаешь, сентиментальность мне не свойственна.
— Только корысть и расчет, — горько усмехнулась я.
— Умоляю, Диондра, не драматизируй, — поморщился он. — Я всегда тебя ценил за горячий разум и холодное сердце. Оставь мелодрамы моей жене и дочери.
Он был прав. Рыдать и причитать не имело смысла. Это только все усложнит. Гораздо важнее выяснить подробности. Что грант знает о моих способностях? Как он планировал их использовать? А в том, что у него есть план, я не сомневалась.
— Расскажите мне все, — попросила я.
— Что ж, — вздохнул он, — этот разговор рано или поздно должен был состояться. Что именно ты хочешь знать?
— Вы искали меня или случайно наткнулись?
— Чтобы ответить на этот вопрос, мне надо немного рассказать о себе, — скрестив руки на груди, грант Арклей откинулся на спинку кресла. — Род Арклеев весьма древний. Настолько, что найти его истоки было непросто, но я это сделал. Представь мое удивление и гордость, когда я выяснил, что моим предком был великий воин, обладающий уникальным даром.
— Ваш предок один из них… — прошептала я.
Я не договорила, но грант снова меня понял.
— Из родственных душ, — закончил он за меня. — Но одновременно с гордостью меня посетило разочарование. Дар не передался по наследству. Ни у моего деда, ни у отца, ни у меня его нет. Про Грэйс вовсе молчу, — при упоминании дочери он поморщился. — Глядя на нее, я склонен думать, что пламя нашего великого рода затухает. Знаешь ее специализацию? Ментальный фон!
— Я выбрала то же самое, — внезапно захотелось вступиться за Грэйс. Неприятно, когда собственный отец так о тебе думает.
— Ты замаскировала свой дар и правильно сделала, — отмахнулся грант Арклей.
— Разочаровавшись в собственном ребенке, вы вспомнили про второго воина, — догадалась я.
— Я подумал, что возможно в его роду дар проявил себя сильнее, и начал искать.
Он рассказывал про годы бесплодных поисков, про отчаяние. Я слушала, но не слышала самого важного. В итоге не выдержав, я перебила:
— Так кто же мои родители? Вы нашли меня, а значит, и их тоже.
В ожидании ответа я не дышала, сердце и то замерло в груди. Все мое естество жаждало этого знания. Ничего я так не хотела в этой жизни, как найти близких. Кого-то, кому я действительно небезразлична. Просто так, без всяких условий и выгод.