Почему игнорирует мои просьбы о помощи и делает вид, что совсем не замечает синяков?
Впрочем, никого мои синяки не волновали.
А когда однажды школьный психолог заговорила с мамой, она ответила, что я таким образом привлекаю её внимание и справляюсь с потерей папы.
И за то, что привлекла чужое внимание, меня стали выгонять из квартиры в ночь, пугая одиночеством, и у них получилось.
Я боялась, каждая клеточка моего тела была наполнена тревогой, ночами меня мучили кошмары, и я быстро поняла, что никто меня не защитит.
С той ночи я быстро повзрослела и приняла новую реальность.
А когда мне исполнилось шестнадцать, я ушла из дома. Вот только маленькая девочка внутри меня все ещё хотела любви своей мамы и продолжала к ней тянутся.
Первые два года мне было непросто, а затем всё стало налаживаться: я устроилась на работу, смогла оплачивать квартиру и поступила учиться заочно.
Всё было хорошо, пока мне однажды не позвонила мама, просила о встрече и плакала и как же я могла не откликнуться. Я ведь с такой жадностью хотела её внимания, её любви.
Она позвала меня, чтобы попросить денег, а затем всё как-то быстро случилось, когда нетрезвый отчим кинулся на меня с оскорблениями, а я начала отбиваться.
Я сказал ему тогда, что это будет последний раз, когда он поднял на меня руку и о боги, он действительно стал последним.
Я упала, потеряв равновесие, и ударилась о край стола.
А дальше, вместо темноты и покоя спину прострелила такая резкая боль, что я вскрикнула и распахнула глаза.
Меня встретило перекошенное яростью и ненавистью лицо Эдварда. Вокруг стоял запах гари и металла.
— Добро пожаловать в твой новый мир, Анна — процедил тогда он сквозь зубы, и я поняла, что добром здесь как раз и не пахнет.
Анвар
Мучительно медленно обжигающей жгучей волной по телу растекается ярость и ненависть.
Меня колотит, всё вокруг видеться в красном.
То, что я не испытывал уже очень давно с новой силой проснулось во мне и теперь рвётся наружу. А сейчас, должен признать, не самый подходящий момент.
На мне большая ответственность.
Мы с семьёй Рэйдж не контактировали целую вечность, и я бы предпочел, чтобы так всё и оставалось дальше. Надо мной и над империей сгущаются тучи, тьма окутывает нас плотным кольцом и такие волнения сейчас для меня совершенно ненужный раздражитель.
Огромных трудов мне стоило сдержаться и не сомкнуть пальцы на тонкой, изящной шее девицы Рейдж. Ещё когда я узнал, что эта семья откликнулась на письмо, то уже точно знал, что она здесь не останется. Я сделаю всё возможное, чтобы сбежала уже через пару дней. Чтобы молила драконов из совета вернуть её в родовое поместье.