Сердце в груди бешено колотится, и я сжимаю кулаки, чтобы скрыть дрожь. Наблюдаю за тем, что происходит у стола.
Последняя из нас решила выделиться и вообще принесла с собой все необходимое, для демонстрации своих умений.
От неожиданно я вздрагиваю, когда она небрежно сдвигает со стола котелок и часть неиспользованных рыжей бутылочек.
Начинает работу, смешивает жидкость, однако движения у неё выходят нервные, угловатые, но даже её неопытность сейчас выглядит куда лучше, чем мой провал.
Закрываю глаза и мысленно взываю к богам этого места, если такие здесь, конечно, имеются.
Сейчас мне совершенно не важно, по какой причине я задержусь в этих стенах. Я непременно найду способ вывернуть эту ситуацию в свою пользу. Обуздать свою магию и изменить свою жизнь. Главное, не вернуться с Эдвардом.
— Ещё раз благодарю вас за то, что откликнулись на наш зов, — прерывает мои размышления господин ректор и поднимается. Следом за ним тоже самое делают и остальные драконы — Мисс Флауэрс прошла отбор и станет преподавателем зельеварения в Академии Хаоса. Желаю успехов и добро пожаловать! А все остальные могут быть свободными.
Я поднимаюсь, но в отличие от остальных претенденток остаюсь на месте. Я теряюсь оттого, что во мне действительно до последнего теплилась надежда на то, что я каким-то образом смогу здесь остаться.
Господин ректор поднимает голову и на мгновение наши взгляды встречают. Презрительная жалость снова касается моего лица, а затем он переводит взгляд на одного из сидящих рядом.
— Оставайтесь на месте, мисс Рэйдж — громко произносит один из собравшихся — Мы с вами ещё не разобрались.
— А, по-моему, я уже все озвучил. Зельевар для моих студентов найден. Полукровка к ним близко не подойдёт. Или, вы не видели её результат? — спрашивает и подаётся вперёд. Сцепляет пальцы в замок и принимается осматривать всех по одному.
Внутри меня сжимается комок. Да, результаты у меня были отвратительные, но я понятия не имею, как могла бы доказать господину ректору, что я действительно неплохой зельевар.
— Хотите, чтобы я эту неуклюжую девицу назвал преподавателем зельеварения и отдал на растерзания моим студентам. И пяти минут не пройдёт как он растопчут её. Я всё сказал.
— Тогда теперь буду говорить я. — тяжело вздыхает тот, кто полевую сторону от Анвара и двигается. Из внутреннего кармана своего мундира достает листок бумаги и укладывает перед господином ректором — Совет постарался, чтобы Анна Рэйдж осталась, и если ты не согласишься добровольно, то я вынужден давить на тебе решением императорского совета.