Лицо Лис закаменело:
– По крайней мере, быть калекой или не быть, мне выбора не дали. А ты сам решил.
Она развернула коляску спиной ко мне, намереваясь уехать.
– Это так в твоём стиле убегать, если что-то не по-твоему. Юношеский максимализм, всё такое, понимаю, – и чего меня вечно тянет её цеплять?
– Ага, я тоже понимаю. Седина в бороду, бес в ребро, всё такое, – передразнила она, не оборачиваясь, а я вскочил:
– Какая нахрен седина? Ты сама говорила, что я даже не выгляжу сильно взрослым!
На внешности у меня был второй пунктик после имени. Я себе нравился. Ну а что? Причёска, спорт, одежда – приятно же следить за собой. Она же несёт ахинею про седину, которой у меня нет!
– А я передумала. Да и рассмотрела получше… – отозвалась зло.
Я обошёл её и взялся за подлокотники кресла, намеренно нависая сверху.
– Нарываешься, малолетка?
Она посмотрела мне прямо в глаза:
– А что ты мне сделаешь, м? – спросила, усмехаясь.
Скрипнул зубами:
– Я могу сделать с тобой что угодно. Что только придёт в голову. Увезти отсюда. И тебя никто никогда не найдёт. Сама виновата, что таскаешься сюда одна. И ведь наверняка никому не сказала, что видишься со мной…
Намеренно говорил чётко и жёстко, чтобы напугать. Ожидал, что она растеряется, замолчит, но Лис закатила глаза:
– Это вообще на кого-то действует? – вздохнула.
– У тебя чувство самосохранения отбито напрочь?!
И тут мне в голову пришла мысль, что если она меня не боится, то вполне может ещё с кем-то тут вот так спорить… Она же отбитая на голову. Это хорошо ещё, что я терпеливый. А другой бы – да любой из наших – уже давно поставил бы её на место. И уверен, что ей бы этот способ не понравился. От вероятной картинки перед глазами поплохело.
– Ты чего побледнел? – Лис поджала губы.
– Ничего я не бледнел! Ты не слышишь, что я говорю?! Общаешься с малознакомым мужиком, ещё и ведёшь себя как…
– Ты что ли мужик у нас?
– Снова нарываешься! Да любой другой бы…
– Ааа! – протянула она. – Так ты за меня переживаешь?
– С чего бы? Мне вообще плевать. Просто если решишь завести ещё новые знакомства, выбирай кого-то себе под стать.
– В смысле тоже на коляске? – прищурилась.
– Я не это имел в виду! – взревел.
Она меня специально же выводит!
– А что ты имел в виду? Что мне можно общаться только с малолетками и калеками, так? У которых юношеский максимализм не выветрился? А ты будешь тоже общаться только с бабками на лавочке…
– С какими бабками?! Ты что несёшь?! – я невольно наклонился к самому её лицу и прядь её остриженных волос коснулась моей щеки. От места касания разбежались мурашки.