— Насколько небольшие? — без особой тревоги спросил сын.
— Как понимаешь, довольно приличной паршивости.
— Что, мне отправить Лёшку и Афину к тете Ксюше на два дня раньше?
— Нет, не стоит. У них тоже аврал. Я дедушке позвоню, попрошу его дома переночевать.
Варда фыркнул.
— Да ладно, в кои-то веки на рыбалку выбрался! Не надо его дергать. Я думаю, если няня Афины не согласится задержаться, сам ее уложу. Я уже ей на ночь читал, и ничего, вроде, спала… А Лёшка и сам хлопот не доставит. Ужин у нас есть.
— Спасибо, сын. Что бы мы без тебя делали.
— Считали бы себя плохими родителями, как говорит мама, — весело сказал Варда. — Ну, пока.
И повесил трубку.
Старший сын у них действительно золото. Насколько золото, они начали догадываться с рождением Лёшки. А с появлением капризной темпераментной Афины это стало окончательно ясно.
Но о детях Аркадий тоже подумает позже. Сейчас нужно проверить другой сотовый, с отчетом информации о спасательных работах. Там пока нет подвижек, зато точно выяснили, что причиной была диверсия — ожидаемо. Нашли транспорт, на котором исполнители собирались бежать. Самих исполнителей не нашли. Что ж. Информации все еще слишком мало, а эмоции слишком свежи, чтобы планировать дальнейшие действия. Любое принятое сейчас решение будет заведомо неверным. Однако пора переключить все внимание на происходящее за стеной.
…А там события наконец-то начали развиваться. Госпожа Бастрыкина элегантной походкой прошла внутрь, расположилась в одном из кожаных кресел по всем правилам дипломатического этикета. Даже пятнадцать лет назад, в свои законные пятьдесят семь выглядя лет на сорок пять, она оставалась красивой женщиной. Теперь же, пройдя полный курс магомедицинского омоложения и вернув настоящую молодость, Виктория казалась если не ослепительной красавицей, то классической «трофейной женой». Тонкие миловидные черты лица, стройная высокая фигура, безупречные манеры, которые резко и, насколько знал Аркадий, нарочито контрастировали с манерами мужа. Кроме того, около двух лет назад Бастрыкина решилась родить третьего ребенка (один из первых случаев запланированной беременности после омоложения в возрасте за семьдесят!), и у ее форм все еще сохранялась приятная округлость, которой прежде не было.
Ее собеседник, Аникей Спиров, также внешне производил приятное впечатление. Подтянутый, явно следящий за собой человек. Он подчеркнуто не прибегал к внешнему омоложению, однако магией лечился, и в результате выглядел лет на пятьдесят — то есть на двадцать лет моложе, чем должен был бы.