Растрясло меня на корме джипа. Нет уж, пешком точно лучше.
Несмотря на приличную ширину дорожной полосы, местами некоторые деревья по бокам разрослись настолько, что сомкнулись кронами, забирая колею в мерцающий на солнце тоннель с золотистыми бликами проникающих лучиков света. Иногда я останавливался и с силой резко встряхивал очередной ствол, имитируя звук, с которым покидает засаду на дереве большая кошка. Сразу же раздавался шорох и треск, ползающие твари: змеи и ящерицы, лягушки и небольшие кайманы — стремглав бежали к воде. Надо признать, что здесь их мало, гораздо чаще они будут попадаться по мере приближения к Амазонке, с ее мутной и теплой водой. Было спокойно, и недостающий четвертый куплет придумался сам собой.
В майке с пятнами на пузе.
Героический герой!
Блин, как хочется домой…
К объекту подходил осторожно, с паузами, должным прослушиванием и непрерывным наблюдением. Чисто. Вот и птички сидят на крыше ходовой рубки, расположенной на юте, смотрят на меня со спокойным интересом. Без тревоги сидят, любопытствуют. В этом месте коса расширяется просторной круглой поляной. Лес по ту сторону протоки стал ближе, и в сплошной зелени сделалось возможным разглядеть отдельные кроны, стволы и коричневые жилы ветвей.
Корпус просел в корме и на правую сторону, в этом месте вполне можно забраться на палубу. Но пока это не требуется. Сухогруз неплохо укрыт растительностью от возможного наблюдения с воздуха. Еще несколько шагов — и яркое небо решетчато загородили кроны деревьев. Осыпавшаяся краска надписи на борту еще сохраняла название судна — «Бильбао».
— Надо же. А по виду «Волжанин» или «Енисеец».
Инстинкт сталкера взывал к единственно верному действию, буквально толкал меня в спину: «Вперед, Сомов, в закрома! Немедленно отправляйся на осмотр трюмных помещений, ты представляешь, сколько там может быть всякого ништяка⁈»
— Стоять. Куда собрался? — скомандовал я сам себе, чувствуя, что опасно загораюсь в поисковой лихорадке.
Вот черт! Платформа наверняка знает, кто я такой, чем занимаюсь и что должен делать. Она, стерва, сейчас играет со мной, как кот с мышкой. И даже если кот сытый или занят важным делом обследования с подоконника уличной обстановки, мышке нельзя успокаиваться, и к себе в норку с добычей она за просто так, по кратчайшему пути ходить не должна.
В дикой среде Платформы-5, да еще и в отрыве, выживает человек с правильным инстинктом истребителя, охотника или сталкера, свято соблюдающего неписаные законы ремесла. Он инстинктивно делает свое главное дело и не тратит времени и сил на дела вторичные. Только так.