Эта женская банда чем-то похожа на наших речных цыган. Но фенотип совсем другой. Очень непривычные, смуглые у мулаток и черные негритянские, лица — редко я вижу негров в рейдах. Резкость эта, перепады настроения, непосредственность… Все непривычно. Совершенно непонятный язык, порывистые, даже вызывающие движения, они вообще какие-то внезапные! Связки медных браслетов и ожерелий, тяжелые круглые серьги в ушах, все ходят в ярких живописных юбках, которые, как на грех, девицы заткнули настолько высоко, что видно ягодицы…
И в то же время это были некие гипнотизирующие образы, способные посеять смуту беззаботного времяпрепровождения и породить жажду далеких странствий в сердце и душе даже самого скучного обывателя-домоседа. Обманчивый магнетизм полудикой вольницы.
Можно испытывать к ним симпатию, даже невольно позавидовать, толком не понимая, чему именно, но желания отправиться с ними в табор или в прибрежную деревню не возникает. Хочется цыганщины? Спляши «цыганочку» и успокойся.
— Каков наш план? — деловито осведомился Дагссон, как ни в чем не бывало, одновременно поглядывая, как две девицы за руки вытаскивают из воды третью, которой приспичило искупаться прямо во время движения. Хоть кол на голове теши…
— Нет четкого плана, не выработал. Смотрим, где именно стоит разъездной пароход «Сайпан», на котором приехал шериф, сколько человек в экипаже. Есть ли охрана, какое вооружение, все как обычно. Становимся где-то рядом, сгружаем этот чертов табор. Ты остаешься на судне, а я действую по обстоятельствам — может, придется сразу незаметно уходить в лес, это раз плюнуть… Что не так-то?
Все то время, пока я произносил эту длинную тираду, исландец смотрел на меня настолько странным, удивленным и даже растерянным взором, что я инстинктивно чего-то испугался.
— Пароход «Сайпан»? — быстро спросил он.
— Ну да, «Сайпан».
— Маленький, зеленого цвета?
— Все так… — Ох, мне уже нехорошо.
— С косой трубой?
— Да не тяни ты!
— Я его видел, Гоб. Этот пароход прошел мимо меня, когда баржа стояла в укрытой бухте. И шел он вниз по течению реки, а значит, направлялся в…
— Кайенну… — оглушенно закончил я.
— Дьявольщина! — громовым голосом вскричал исландец, и публика на палубе присела. — Что ты хочешь сказать, черт тебя побери? Торопился? Почему ты не рассказал все это во время радиосеанса, Гоб?
Мне оставалось только по-мальчишески шмыгнуть носом.
Криво все как-то. Сам не знаю, почему не рассказал, задурил мне голову этот проклятый Зенон! А ведь он и не утверждал, что шериф направляется именно в Асуан…