Пш-шш…
— «Тунгус», докладываю. Чисто за периметром. Все спокойно.
Вотяков сам сидит в башенке, пасет окрестности, мало ли чего. Рядом Данька с биноклем.
— Хорошо, Юра, понял тебя, понял…
Воспользовавшись паузой, в штаб зашла Нионила, притащила кофе для всех.
Гольдбрейх вообще считает, что Платформы подразделяются по эпохам, то есть по начальной точке нового цивилизационного отсчета. Вполне может быть, что Писатели поначалу сгоряча вообще закинули на Платформу-2 кроманьонцев — пусть, мол, все заново проходят. Но быстро опомнились: очень долго ждать. Потом попробовали подписать под проект Средние века, например. Потом век семнадцатый… Но все это писами по воде виляно.
Меня же интересовало главное. И потому я бесцеремонно прервал рассказ — наслушаемся еще — и уточнил самое важное, по крайней мере в данный момент:
— Таких, как вы, много еще? С кем из соседей общались?
— Сложно сказать, — ответил за старшего Алик, шурин Степана, жилистый мужичок среднего роста с темными короткими волосами. — К западу еще один клан живет, французы, там шесть человек, месяц назад мы их проведывали. Есть и еще западней, тоже с нашей стороны степи, итальянцы, те к соседям приходили, мы с ними общались пару раз, но сами туда не ходили: далеко и опасно. С другого берега залива летом приезжали пятнашки — норвежцы, нормальная семья, восемь человек. У них лодка весельная, хорошая, деревянная, нашли где-то.
— И все сброшены по тому же принципу?
Оба синхронно кивнули.
— А подпитка каналом?
— Не понял, — смутился старший. — А… Нет, у нас такой благости нет, это других иногда балуют. Норвежцам один раз маленькая «выручалочка» попалась.
Я пока не стал уточнять, что это такое, мне география срочно нужна, расклады.
Писатели тут что, Полигон себе устроили? Проба пера, так сказать…
— Что, и другие сообщества есть?
— А как же. Вверх по Большой Реке народ живет, общинами гораздо больше наших, но неблизко. Шесть раз от них люди сюда приходили. Первые два раза прибыли вообще нормальные, адекватные ребята, один украинец был. Потом они пропали куда-то… Следующие — бандитье нерусское, да и только. Три раза тяжко нам пришлось… Но им тут неинтересно, у них там угодья будь здоров.
— Много таких сообществ?
— Надо думать, немало, — решил Степан. — Разные приезжали.
— Это монокластеры? Да вы кофе-то пейте, мужики.
— Или селективные кластеры, — уточнил Хвостов.
Родственники переглянулись, помолчали, отхлебнули.
Наконец Степан уверенно произнес:
— Не слышали мы таких слов, командир… Другое мы слышали. Это все поликластеры, так они сами говорили. — Он поставил чашку на стол и добавил: — Полканы, в общем.