Площадка чистенькая, свежая. На одной стороне — двухрядные дощатые трибуны. Обрезных досок для спинок не нашлось — использовали лаги из стволов молодых деревьев. Лаги гладкие, не просто струганые — полированные, сидеть вполне удобно. Уже традиционно никакой краски, дерево обожжено паяльными лампами и покрыто олифой. Травка на обоих полях растет особая: агротехники выписывали специальный сорт, жители высаживали под присмотром. Почему-то в Белой Церкви трава прижилась лучше. А еще в этом лесном уголке практически не бывает ветров, что радует всех футболистов анклава.
Есть раздевалки для команд, рядом с ними баня, работающая в режиме готовности, — там команды приводят себя в порядок после матча. Отдельно стоит помещение радиорубки с комментатором, он вещает прямо в эфир, — это мое хозяйство, заходил перед матчем, проверял аппаратуру, ретранслятор. Такие передачи имеют бешеный успех, я их даже на средних волнах пускаю — адской силы пропаганда: один туркмен наслушался, схватил жену, двух детей — и практически самостоятельно прорвался через Дикие Земли, заядлый футболист. Представьте себе, сидите вы в средневековье Диких Земель, кругом басмачи, заунывно поющие песню про «кинжал всегда прав», в углях догорает саксаул, морды в парандже, а ты по старому «панасу»… ловишь нереальную трансляцию: где-то рядом кипит-бурлит нормальная жизнь, идет чемпионат по футболу! Стойку сразу набок гнет. Какие тут сомнения, какие, к бесу, национальные предпочтения? У тебя дети растут. Среди басмачей с сыромятными кинжалами.
Туркмен-футболист, кстати, — техник с газовых промыслов. Наш главный нефтяной гуру, Мехтиев Фархад, заимев такого многослойного кадра, совместно с Казанцевой срочно разработал план оживления и ввода в эксплуатацию второго НПЗ. Принципиальное решение принято, начаты подготовительные работы.
Вот такая оказалось роль Юры Вотякова — немного повыпендриваюсь. Ну ведь правда здорово я придумал!
Рядом с полем, возле знака автобусной остановки и стандартной бетонной коробки, доставшейся поселку в наследство от Земли-1, гуляют три наглые самодовольные коровы — здесь они еще более священны, чем в Индии, подходить и разговаривать с ними можно только коленопреклоненны и в чистых белых одеждах. Коровы об этом прекрасно осведомлены и оставляют запашистые лепешки где им вздумается.
С трибуны видны жилые строения за полем, бывший поселковый магазин — ныне Город Мастеров — и белоснежный храм, полное восстановление которого закончили всего лишь месяц назад. Справа разбита ровненькая стоянка для автотранспорта гостей и поставлены лавки крошечного местного рынка. Перманентно ворчливый Корнеев утверждает, что ради бойкой торговли «попутно жевательным» весь «футбольный» проект попом и был затеян.