Сибилл смотрел на неё сияющим взглядом, пах симпатией и счастьем, скалился в радостной ухмылке, будто невзначай задевал её бедро своим хвостом, но хватать или удерживать силой больше не пытался.
Позади горько взвыл Весельчак.
— Что это за лис? — дёрнул ухом в направлении звука Сибилл.
— Друг, — буркнула Альфэй, помня, что злить своего демона не очень-то умно, даже если мечтаешь перегрызть ему глотку.
— Он какую-то чепуху нёс про то, что мы тебя съедим. Это такая метафора?
— Нет, лисы действительно считают, что Дикие охотятся и пожирают разумных из других племён.
— Что за чушь⁈ Никого мы не едим. Бабушкины сказки… — заворчали окружавшие их тигры.
— Это удобное для других племён объяснение того, почему тигры не вступили в невыгодный для нашего племени великий договор, — фыркнул Вождь тигров.
— И почему тиграм великий договорневыгоден? — спросила Альфэй.
— Потому что, по его условиям, наши охотничьи угодья частично отойдут лисам и волкам. Их расчёт территории идёт по количеству особей, а не по количеству дичи, требующейся одному представителю племени.
— Но мустангам и медведям, наверное, тоже много пищи требуется.
— Мустангам нужна трава, а медведи всеядны. Тиграм же нужны населённые дичью обширные охотничьи угодья.
Если всё действительно так, как говорил Вождь, то Альфэй можно было смело возвращаться на Небеса. Политические дрязги между племенами — вполне нормальное явление для разумных рас. И в её случае показатель хорошо проведённого сотворения мира. В отличие от племени каннибалов или разгуливающего по её мирам, как у себя дома, сердечного демона.
— Значит, ты останешься теперь с нами? — спросил у Сибилла Вождь.
— Да. Я нашёл, кого искал.
— Вот и славно! Не хотелось бы терять такого охотника. — От Вождя потянуло удовлетворением.
Альфэй же думала о том, что для сердечного демона характерно желание взаимодействовать и, в конечном счёте, воссоединиться с Богом, создавшим его. Она корила себя за то, что отмахивалась от одержимости Сибилла её персоной, не замечала того, насколько это странно и нездорово.
Теперь уже жалеть о чём-то было поздно: оставалось действовать по обстоятельствам. Впрочем, Сибилл агрессии не проявлял и, похоже, собирался придерживаться обычной своей манеры поведения. Главное — не спровоцировать его до вечера и, по возможности, не оставаться наедине. Действовать холоднокровно и рассудительно. А там резерв пополнится достаточно, чтобы переместиться на Небеса.
В тигрином племени не все обрадовались появлению Альфэй. От некоторых тигриц ощущались ревность и злость. Фанатки Сибилла сбились во внушительную кучку, прожигая её хищными взглядами. Правда, сам кумир их словно в упор не замечал.