— Вот засада! Чтоб вы все провалились… — процедил, выходя на улицу и приближаясь к мусорной урне, где была табличка, обозначающая место курения.
— Надо действовать по-другому. Без креатива не справлюсь, — опять сказал вслух, потянувшись к карману за сигаретами.
Совсем забыл, Кавасима не курит. Ладно, не будем второй раз наступать на грабли. Подсаживать новое тело на никотин лучше не стоит. В прошлой жизни об этом уже пожалел.
Какое-то время просто пялился в небо, где между башнями небоскребов носились синие облака, сквозь которые изредка пробивался солнечный свет.
Потом к урне подошли парни, закурили и стали весело обсуждать новенькую из соседнего отдела.
Я понял, что надо валить. Бросил последний взгляд на громаду из стекла и бетона. Потом направился прочь, напряженно соображая, что делать.
Нет, стать клерком не выйдет. Надо работать в той сфере, которой отдал почти тридцать лет жизни.
Японский шоубиз, вот что мне нужно. Отсутствие стартового капитала, разница менталитетов, другое время; да, это все осложняет. Но я ведь остался прежним. Плюс публика во всех странах почти одинакова.
Просто одним заходит смазливая девочка с песнями про любовь, а другим седой дядя с маршем про верность вождю.
Я знаю, куда копать, у меня теперь новая жизнь. Значит, можно добиться успеха, если взять себя в руки и как следует напрячь булки. Вот дьявол!
Я слишком задумался на ходу и проскочил нужную остановку. Но это не самое главное. В меня влетела девушка лет двадцати трех, среднего роста с хорошей фигурой.
Одна была одета в серый брючный костюм, лицо почти что без макияжа, прическа очень простая. Казалось бы, тоже стажерка, отправленная куда-нибудь по делам.
Но я быстро понял, что «тусклый костюмчик» стоит как три моих. Да и туфельки не с соседнего рынка.
Скорей всего, дамочка — менеджер, контролирующий работу отдела из нескольких мелких сошек. Либо помощница начальника, которая получает неплохо, и сама тоже метит на повышение.
Лет на пять меня младше, а уже на коне. Ее будто специально подсунули, чтоб кинуть булыжник в мой огород, где и так уже сад камней. Хотя, это лучше, чем наглый мужик, с которым стукнулся тогда у столовки.
Удар был настолько сильным, что девушка громко ахнула и отскочила. Из рук выпал невзрачный пакет, где лежал вроде контейнер с едой.
При этом дама вытаращила глаза, забыв про ушибленный лоб, с ужасом взглянула на меня и с трудом простонала:
— Бе-ри-те! Я ничего не знаю. Можете забирать.
— Что? — улыбнулся, подняв ее ношу. Неужели решила, что я преступник? — Я вообще-то не вор. Зачем мне буханка хлеба, пакет лапши или что вы там уронили?