— Кавасима, не надо! Уходи, я тебе все сказала! — выкрикнула Танка, причем в ее глазах вспыхнула искорка благодарности.
Хм, она запомнила мое имя. Странно, я думал, красавица меня ненавидит, не желая знать, кто я такой.
— Что ты сказал, малолетка? Еще одно слово и останешься без зубов, — прорычал толстяк, нехотя отпуская Мэй из потных объятий.
— Сказал, что сделаю тебе липосакцию, путем вскрытия брюха прям тут. Подбери свою жирную задницу и проваливай! — выдохнул, чувствуя, как завожусь.
Конечно, я сам не святой и люблю мутить всякие схемы. Но это уже перебор. Боров обозлился на меня так, будто мы поменялись местами. Мол, я его чем-то задел. Не позволил обидеть девушку, гад такой. Оторвал от «важного дела» в неподходящий момент.
— Хех, вот пацан, — протянул жиртрест, широко улыбаясь уродливым ртом. — Сейчас ты ответишь за каждое слово! Готовь свою тощую рожу.
— Нет, Мамото, он не хотел. У него травма головы, стой, не трогай! — в ужасе прокричала Танака, когда выродок попер на меня.
— А, это твой новый хахаль, все ясно. Ты б еще уличного бомжа подцепила, — рассмеялся толстяк, сжимая крепкие кулаки.
Ну вот, кажется, я попал. Не хватало еще огрести из-за этой нахальной девицы. Но где наша не пропадала. Отступать некуда, а бояться сейчас слишком поздно. Так что буду месить подонка, несмотря ни на что.
— Мэй сказала, что ты долбанулся башкой? Сейчас у тебя будет вторая травма, придурок, — прошипел жиробас.
Он сделал выпад, пытаясь меня ударить. Тело среагировало в ту же секунду. Я отскочил, видя, как кулак пролетает мимо лица. Второй удар попал в корпус, но не нанес больших повреждений.
Рефлекторно стукнул толстяка в голову. Получилось довольно четко. Видно прошлые навыки сохранились, что уже хорошо.
Но с мышечной массой проблемы, так что вырубить гада не вышло. Я сильней разозлил мужика, который зарычал диким псом и бросился меня бить.
Промахнувшись еще пару раз, Мамото решил схватить мою шею и как бы «заломать», пользуясь преимуществом в весе.
Я сразу просчитал его действия. Не успел толстяк поймать меня в «жаркие объятия», как громко завыл, опустил руки и покраснел.
Еще бы, ведь мое колено впилось ему в пах, хорошенько пощекотав то, что надо. Теперь ублюдок не сможет приставать к девушкам, по крайней мере, какое-то время.
— Ты покойник, щенок! Тебя найдут, обещаю. Можешь ходить и оглядываться, чертов бастард, — с трудом выдохнул Мамото.
После чего получил в рожу, схватился за разбитую губу, из которой закапала кровь, и, согнувшись отошел прочь, боясь получить еще больше.
Я понял, что Мамото поперся под камеры. Гнаться за ним было глупо, а то еще обвинят в нападении. К тому же, жирный свое получил. Вскоре он спешно ретировался, забыв о намерениях и угрозах.