— А Лидка говорит, что к тебе не подступишься. — смущенно произносит подружка. — А, еще, что ты фокусник.
— Я не фокусник. Я добрый волшебник. — отвечаю я.
Таня смеется.
— Волшебников не бывает. Ни злых, ни добрых. — отвечает она, и смотрит в мою сторону.
— Значит и меня тоже не бывает. — говорю я и тут же исчезаю в инвизе.
У девочки удивленно распахиваются и без того большие глаза, и она изумленно оглядывается по сторонам.
Я выхожу в реал позади нее, и положив ей руки на плечи, жутким голосом, добавив в него нотки инфразвука произношу:
— Страшно⁈
Таня от неожиданности вздрагивает и вскакивает со скамейки оборачиваясь на меня и роняя мороженое на свою юбку. Похоже я немного переборщил. У девочки подозрительно блестят глаза и кажется, что она готова расплакаться. Тут же подхожу к ней и стараюсь успокоить ее прося у нее прощения за свою выходку. Таня потихоньку успокаивается и просит меня больше не повторять подобного. Еще немного вздрагивая садится на скамейку и тут замечает измазанную мороженым юбку. Слезы тут же начинают катиться из ее глаз.
— И что мне теперь делать? — укоризненно спрашивает она. — Как мне теперь домой прийти?
Поднявшись на ноги, пытается стряхнуть с нее белый налет, но увы от этого становится только хуже. Зачерпнув ладонью воды из озера, пытается повторить попытку, но чистоты от этого не прибавилось, а вид стал еще хуже. От отчаяния, она не знает куда себя деть и уже не сдерживается в своем горе, плача навзрыд.
— Таня. Успокойся. — прошу я. — сейчас все исправим.
— Как? — Продолжая сокрушаться, спрашивает она. — Ее теперь только в стирку.
— Может попробовать здесь замыть? — невинно предлагаю я.
— Умный, да⁈ — возмущенно спрашивает она краснея. А я понимаю, что сказал глупость. Ведь не будет же она снимать ее в моем присутствии.
— Есть другая идея. — говорю я ей.
Еще не веря мне, она иронично интересуется.
— И, что же ты предложишь на этот раз⁈
— Увидишь, — отвечаю ей и предлагаю подняться на ноги. Она недоуменно смотрит на меня, но все же встает.
— Я же говорил тебе, что я добрый волшебник? Только придерживай ее немного. — говорю ей и кастую бытовое плетение очистки вещей. Ткань юбки тут же задирается вверх, от потока теплого воздуха и девочка просто не успевает ее подхватить, но я, предвидя это уже стою к ней спиной и Таня, заметив, что не смотрю на нее немного успокаивается, одергивая ее. Опустив взгляд вниз, удивленно разглядывает совершенно чистую, сухую, и будто только что выглаженную юбку изумленно перебирает ее руками, пытаясь обнаружить хоть какое-то пятнышко на ней. Потом смотрит на меня и чуть заикаясь произносит: