— Мы очень будем стараться. На это точно можешь рассчитывать.
— Хорошо. Тогда — до встречи, Тильмерона Дэ’Уньи.
— До встречи, Золотой Кир.
Мы обнялись и эльфийка все же изловчилась и чмокнула меня в щеку, захихикала и поспешила убраться подальше. А я повернулся и шагнул навстречу открытому порталу. Мгновение… и я вернулся в родной город. Оказался прямо на площади перед апартаментами Эмеральд. Один прыжок — и вот я на нашей излюбленной открытой веранде. Над Москвой ночное небо и все соклановцы давно спят, так что здесь с фанфарами и поздравлениями тоже облом. Да и ладно. Я украдкой прокрался в свою комнату и открыл отмычками дверь. Было не сложно, но я про себя улыбнулся тому, что Дашка видимо решила закрыть дверь «на всякий случай». Она всегда так делала, хотя было ясно, что сейчас дверь вряд ли сможет остановить даже самого слабого из игроков.
Она сидела в кресле у открытого окна. Склонила голову чуть набок, а на ногах лежал подсвеченный зеленым фолиант. Наверняка какая-то магическая книга. На столике рядом с моей Некромантшей стоял недоеденный ужин и недопитая чашка с кофе. Я, не издав ни звука, подошел и уселся в кресле напротив, продолжая любоваться своей единственной. Она была прекрасна в этом лунном свете и я мог почти не обращать внимания на то, что моя девушка гораздо больше напоминала оживший скелет, чем худую красотку. Воспоминания — хитрая штука. Я запечатлел в своем воображении тот самый образ, когда впервые увидел её и хранил до сих пор.
— Кирилл? — она произнесла мое имя во сне и только после этого чуть пробудилась — в глазах замерцало зеленое пламя некротической энергии, набирающее силу с каждой секундой. — Вернулся.
— Конечно вернулся, — улыбнулся я. — Мы победили.
— Я и не сомневалась, — кивнула она. — Прости, я задремала.
— Ну что ты, — отмахнулся я, подаваясь вперед.
— Это же сон, правда? Или реальность?
— Ты мне скажи.
Я схватил её и поднял вверх. Легкая, как перышко, практически невесомая. Я прижал её к себе и вновь почувствовал оглушительный грохот, с которым билось мое горячее сердце. Билось за нас двоих и этих ударов оказалось достаточно, чтобы невероятное чудо вновь произошло. Когда мы были вместе — Эндэ переставала быть скелетом . На её теле вновь появлялась холодная, мраморная кожа, которую я распалял своими поцелуями. Появлялись её прекрасные глаза и тонкие, застенчивые губы, которые я целовал с упоением. Она чуть покусывала меня в ответ, смеялась и извивалась в моих объятиях, не в силах вырваться на свободу — да она и не хотела.