— Вот это крутота! — заявил я. — Теперь мы готовы. Веди нас на Чаепитие.
— С удовольствием, — без особого энтузиазма заявила медуза и полетела к выходу из зала.
Пока мы смотрели видео по Сценарию и болтали с нашим проводником — большая часть посетителей уже вышли. Остались только мы, несколько излишне медленных «пенсионеров», которые и двигались-то с трудом, да и еще две группы. Несложно было догадаться, какие именно.
— А вы здесь какими судьбами? На медовый месяц залетели? — засмеялся Хьюго, как только мы встретились у выхода.
— Ты у меня спрашиваешь или у Ценере с Шерлианом? А то они постоянно вместе тусуются.
— Поосторожней, — резким механическим словом оборвал мою шутку убийца в маске.
— Ладно, ладно, не заводись. Дружеский прикол. Ну что? Поздравляю вас с Интеграцией. Готовы к чаепитию?
Смешанные чувства. Нас было всего шестеро, четверо из Элиты сошли с дистанции. Если их не было на Интеграции — то где они могли быть? Я еще подумал о том, что может быть несколько мест для данной процедуры и спросил об этом у своего Проводника. Медуза заверила меня, что место для Интеграции всего одно и оно может быть какого угодно масштаба, так что все поместятся. Навреняка подумала, что меня интересует механика работы Тидлост Хвель, а я и не стал ее переубеждать.
На Чаепитие нас привели в подобие космической оранжереи: прекрасное место с инопланетными деревьями, растениями, приятной музыкой и баром. Оно находилось в самом центре станции «Регал-17», отсюда открывался поистине удивительный вид на историческую катастрофу. Должно быть тем, кто действительно жил и работал на этой станции было невероятно страшно: метеориты, будто крупнокалиберные пули, врывались в хрупкую обшивку станции, оставляя за собой зияющие ранения, которые невозможно было затянуть. Наоборот — сквозь эти дыры вылетало в космос все, что было внутри. Включая мебель, приборы и обитателей станции. Ничто и никто не мог спасти их — законы космоса были просты и неотвратимы. Я заметил, что многие Вкладчики уже устроились в удобных мягких креслах, уселись со стаканчиками на диванчиках и с интересом наблюдали за историческим событием. Я видел их радостные лица и слышал живое обсжудение. Для них эта трагедия была не больше, чем развлечением.
— Уроды чертовы, — озвучила мои мысли Дангом Гонжу, когда мы подошли к свободному столику.
— Может у инопланетян особую ценность имеют чужие страдания? — предположил Хьюго. — Вон, как они радуются, когда замечают очередного бедолагу вылетевшего в открытый космос через дыру.
— Сколько у нас времени до начала Беседы? — поинтересовался я у своего проводника.