Толком лишь доктор Рихтер и Борис Алексеевич вели реструктуризацию своих поместий.
— Олег, а если ганноверцы и вправду золото найдут? — как-то спросил Иван Карлович, — Может получиться неудобно, что ты здесь в России этого не предложил.
— Понимаю, господин доктор, но к кому толком с этим обратиться? И как? В газете объявление дать, чтобы вся Европа туда ринулась?
Вот уж загвоздка, как собрать желающих обогнуть две трети глобуса в надежде на мифическое золото? И при этом сохранить всё в тайне от потенциальных конкурентов. Вон, в Калифорнии уже год длится золотая лихорадка, но та же Русско-Американская компания пока пальцем о палец не ударила, чтобы в ней хотя бы поучаствовать. И народ в столицах обсуждает, мечтает, но упорно не желает хоть что-то предпринять. Причём те, кто энергичен, как назло бедны и средств не имеют, а те, кто на Руси богат, предпочитает балы и светскую жизнь. Неприлично, мол, делишками подлого сословия заниматься.
— Да, согласен, наших расшевелить сложно. Вон, соседи видят что мы делаем, завидуют, мечтают, но никак не приступят. Колдовство какое-то, сплошная маниловщина.
— Ничего, главное что ганноверцы добро дали к ним присоединиться, когда у них обустроено будет хоть немного. Золота на нас хватит.
Маркиз Грациани добрался до Старково, но не нашёл там Олега. Впрочем люди сказали, что барин гостит у князя Легостаева. Несмотря на то, что день близился к вечеру, гость из Италии сразу отправился по указанному адресу. Так ему не терпелось открыть некую тайну, зудящую внутри.
— Добрый вечер, господа, здравствуйте синьор Старко. Позвольте поделиться моим открытием, которое не так давно сделал.
— Да, безусловно, синьор маркиз, рады будем вас выслушать, — дал добро Андрей Андреевич.
Делать всё равно было нечего, а тут что-то свежее и вроде загадочное. Грациани, как и положено правильному рассказчику, начал свою историю прямо с царя Гороха (или с времён его бабушки).
— Случилось это во времена войны Суллы с Митридатом…
Оказывается в те времена служил у римлян один северный варвар. Высокого роста, по тем временам, четыре локтя и пальм, светловолосый, сероглазый и необычайно сильный. Легионеры считали его сыном кого-то из северных богов, ибо обычные люди не столь крупны и не обладают воинскими умениями такого уровня. Мало того, воин показал себя отличным руководителем и его назначили контуберналом, несмотря на варварское происхождение. В одной битве их легион попал в западню, а помощь запоздала. Много легионеров сложило головы и лишь северянин смог пробиться со своими. А так как их центурион и его помощники пали, то центурию возглавил молодой гигант. Вот только выбраться на север в сторону легионов Суллы им не довелось.