Большой палец, Вадима, размеренно поглаживал кожу через ткань ее любимой толстовки, вызывая мурашки. Это прикосновение было таким привычным, таким дружеским и в то же время таким… запретным.
Кончиком языка Полина едва коснулась пересохших губ, а затем, словно спохватившись, резко вскинула брови, пытаясь придать лицу выражение крайней заинтересованности.
— Фильм ужасный, — слишком резко, слишком громко для интимной темноты зала сменила она тему.
Вадим, кажется, даже не заметил её внезапной перемены в настроении или, по крайней мере, умело это скрыл. Он лишь лениво усмехнулся, не сводя глаз с экрана, но его палец продолжал свой гипнотический танец на её плече.
— Знаю, — подтвердил он. — Но это было лучшее, что предлагала программа на сегодня.
От такого неожиданного, такого близкого и нежного прикосновения Полина не сразу поняла, что её тело предательски напряглось. Она чувствовала, как к щекам приливает кровь, а дыхание становится прерывистым. Её выдавало всё: дрожащие кончики пальцев, лёгкая испарина на ладонях и даже мельчайшее подрагивание век. Она была на грани полного разоблачения.
Резко вырвавшись из его объятий, словно ужаленный зверек, Полина буквально растеклась по сиденью, пытаясь слиться с мягкой обивкой. Она постаралась придать себе максимально утомленный вид, как будто все силы из нее высосал фильм, а не прикосновение друга детства.
— Кстати, — снова сменила тему Полина, стараясь, чтобы голос звучал непринуждённо, — как там твой «семейный» ужин?
Вадим тяжело вздохнул, и даже в темноте Полина почувствовала его усталость. Он откинулся на спинку кресла, подперев подбородок рукой.
— Это не семейный ужин, Полин. Это скорее вечер в честь открытия филиала в Шанхае, — в его голосе сквозила ирония. — Там будет много незнакомых мне людей, а для отца это прекрасная возможность устроить мне смотрины невест. Чтобы я, значит, «остепенился». Так что для меня это скорее как спид-дейтинг, только в замедленной съемке и с гораздо более высокими ставками. Выматывает до чертиков.
Полина прикусила губу и грустно выдохнула. Конечно. Он выберет девушку из подходящей семьи, ту, чей статус и связи в первую очередь устроят родителей, ту, которая сможет обеспечить выгодный брак.
Точно не её, девочку из обычной семьи, его старую школьную подругу, которая вот уже три месяца мучается от невыносимой, жгучей любви к нему. Её сердце сжалось, но она заставила себя улыбнуться.
— Может, он и прав? — осторожно спросила она. — Может, кто-то из этих девушек тебе даже понравится?
Вадим покачал головой, его профиль был чётко виден в отблесках экрана.