— Есть, конечно! — возмущенно взвизгнула Молли. — Вы что думаете, мы у бедной сиротки воруем? Есть у нее платья, и юбки есть. Только у девочки это платье — память о матушке, храни ее Претемная Госпожа в своих садах! Потому его Тильда и не снимает…
И она победно посмотрела на Ло.
— И сколько платьев у леди Тильды? — так же ровно спросила Ло.
Комендант, хвала тому же Пресветлому, молчал. Это было лучшее, что он сейчас мог сделать, и, возможно, сам Рольфсон это понял.
— А мне откуда знать? — так же вызывающе фыркнула Молли. — У Селины спросить надо, она вещами его милости заведует.
— Его светлости, — скучающим тоном поправила Ло. — Со вчерашнего дня к милорду и леди Тильде положено обращаться «ваша светлость», как и ко мне. Запомните и передайте остальным, будьте любезны.
И добавила, расчетливо пользуясь паузой, пока Молли хлопала глазами:
— Тогда я хотела бы видеть Селину. Надеюсь, она сможет дать мне полный отчет в гардеробе, а также постельном и столовом белье. Или бельем заведуете вы? Селина хорошо шьет?
— Никто не жалуется, — буркнула экономка и не удержалась: — Вот его светлость одет в ее работу… Оно, конечно, таких рубашек у нас в крепости не сошьют, как на миледи давеча была…
— А вот это плохо, — ласково сказала Ло, краем глаза отмечая, как закаменело лицо Рольфсона. — Если Селина не может шить тонкое белье, мне придется поискать еще швею. Моя семья должна одеваться сообразно своему достоинству. Кстати, вас я попрошу составить перечень столовых приборов и прочего имущества. Мне нужно знать, что следует заказать до наступления зимы, чтобы успели привезти. Значит, книги расходов в хозяйстве моего мужа пока не ведутся?
— Мы здесь люди честные! — выдохнула Молли. — Безо всяких записей не воруем! И за капитаном, и за доченькой его смотрели, как за родными, всеми богами клянусь. А коли господину коменданту моя служба теперь не угодна, ему меня и увольнять!
Глянув на капитана, она присела в реверансе, выпрямилась и вызывающе посмотрела на Ло.
— Достаточно, — уронил Рольфсон, и Ло напряглась, холодно подумав, что, если сейчас коменданту хватит дури встать на сторону экономки, не миновать настоящей войны. — Молли, как видишь, никто тебя ни в чем не обвиняет. Книги расходов у нас и в самом деле только для крепостных дел, миледи. Если вам угодно завести ее для семьи — ваше право. Молли, возьми Селину, пересчитайте и запишите все, что желает ее светлость. Грамоте ты обучена, а не справишься — попроси Тибальда.
— Да как же это… ваша милость… я же…
— А еще, — мерно продолжил капитан, — вели остальным придержать языки и сама этому поучись. Особенно при моей дочери. Услышу, что кто-то поминает ее светлость без должного почтения, — выпорю. А я услышу, ты знаешь. И вообще нечего Тильде на кухне делать. Стряпать она там не учится, зато всякой дряни нахваталась.