Создавая горсти острых камней, я метал их во вражеские вездеходы, Надя продолжала лупить молниями. Машины превратились в решето, вторая тоже загорелась. А когда я снова просмотрел эфир, то не обнаружил поблизости ни одного тёмно-серого сгустка. Маг воздуха либо погиб, либо удрал.
Достав саблю, я обошёл оба горящих вездехода. Затем поднял куски почвы и засыпал ими обе машины, чтобы потушить пламя. Огонь погас, всё вокруг затянуло дымом. Я подобрался поближе к вездеходам и заглянул в салон к первому и второму. Насчитал шесть трупов. А вот сильного мага поблизости не обнаружил. Эфирное зрение тоже ничего не показало. Значит, ушёл, гад.
Нас отвлекли выстрелы в деревне.
— Сокол, что у тебя происходит? — спросил я, но ответа не получил.
Похоже, воеводе сейчас было не до разговоров, и я приказал своей группе пулей лететь в деревню на помощь. Вероятно, несколько противников засели среди домов и встретили наших, а тем пришлось отбиваться. Но не пробежали мы и пятидесяти шагов, как стрельба смолкла, а потом и Ерофей вышел на связь:
— Стальной, говорит Сокол. У нас тут трое были. Все ликвидированы.
— Отлично! Идём к вам. Не стреляйте.
В деревне мы две воронки, оставшиеся после моих заклинаний. Половину стоящего рядом дома разметало взрывом, прямо на дороге возле воронки валялся большой грузопассажирский вездеход. Здесь же толпились дружинники во главе с Ерофеем. Подойдя к ним, я заметил ещё одного человека — бородатый мужик в то ли военной, то ли охотничьей одежде сидел, прислонившись спиной к завалинке избы, вытянув ноги и созерцая всё вокруг пустым, бессмысленным взором. На улице валялись два тела: одно недалеко от вездехода, второе возле разрушенной избы.
— Пленник, — кивнул Ерофей на уцелевшего мужика. — У него рука и нога сломаны. Он в доме прятался. Мы как вошли, по нам вон из-за этой избы начали стрелять. А один гранату кинул. Но далеко не ушёл. От меня мало кто убежать может. Всех троих зарубил. А у нас раненых нет.
— Хорошо сработали. Молодцы, — похвалил я бойцов. — А теперь соберите трофеи — артефакты, оружие, патроны — и давайте уже за дело приниматься. И так времени кучу потеряли из-за этих уродов.
— Понял. А с этим что делать?
— Я его поспрашиваю кое о чём. А потом посмотрим.
Ерофей принялся отдавать приказы, мои дружинники засуетились, стали обыскивать убитых. Где-то за деревней зарычала моторами колонна наших машин, оставленная за деревьями. Я же подошёл к пленнику и присел перед ним на корточки:
— Как звать?
— Иван Клопов, ваше…
— Светлость.
— … ваша светлость. Смилуйтесь, не убивайте. У меня семья, дети, матушка хворая. Я не стрелял по вашим людям, я водителем служу, и худых намерений не имел. Вот вам крест. Когда машина перевернулась, мне руку и ногу поломало, я еле выполз и в доме схоронился. И сразу сдался.