Оба пострадавших дружинника, подгоняемые окриками Сокола, побежали в обратную сторону, да и остальные попятились. Воевода стал озираться, я осмотрел эфирный слой вокруг. На границе видимости обнаружилась небольшая тёмная сущность.
— Я вижу его, — я указал направление. — Он в сотне с чем-то метров от нас, вон там.
— Это хорошо, что видите. Теперь надо подобраться к этой твари незаметно, — проговорил Сокол. — Она не сильная, только глюки вызывает. Метров с тридцати хлопнуть реально. Я пойду один. У меня мозг покрепче будет.
— Я с тобой.
— Не надо, ваша светлость. Я не знаю, как на вас подействуют ментальные. Мне-то не впервой.
— Значит, вытащишь меня, если что. Пошли, — приказал я.
Сокол недовольно крякнул, но возражать не решился, и мы двинулись в сторону кустарника, где притаился одержимый зверь.
Шли медленно. Ерофей — впереди, я — сразу за ним. Он был моими глазами, я же осматривал эфирное поле и с трудом различал физические предметы вокруг. Зато видел демона и указывал воеводе направление.
Ерофей резко остановился и присел на корточки:
— Там, за кустами.
Выйдя из режима просмотра эфирного поля, я тоже заметил, как в зарослях что-то шевелится. Монстр имел небольшие размеры и, похоже, совсем не собирался атаковать. Это осложняло задачу. Тем не менее мы его засекли, и теперь главное было — не промахнуться. Иначе уйдёт.
Ерофей вскинул винтовку, прицелился, нажал спуск. Хлопнул выстрел. Существо в кустах встрепенулось, метнулось в сторону, заскулило.
— Попал, — сказал я.
— С такого расстояния нетрудно, — буркнул Ерофей. — Только вот тварь ещё жива, скорее всего. Надо осторожнее быть. Если раненая, начнёт магией атаковать, едва подойдёт. Останьтесь лучше здесь. Схожу добью, — воевода повесил винтовку на плечо и достал саблю.
— Погоди. Я с тобой пойду. Хочу проверить, насколько мой мозг способен сопротивляться воздействию. Существо ведь слабое? Слабое. Никакого вреда мне не будет. Зато узнаю свои возможности. Пошли.
— Как скажете, — смиренно согласился Ерофей, и мы двинулись к раненому демону.
Когда подходили, существо испустило ментальную волну, и я ощутил неприятное покалывание в области лба, а воевода поморщился. Вот я и узнал что хотел: к слабой ментальной магии мой мозг невосприимчив. Такова особенность всех магов земли: воздействие на их извилины требует больших усилий.
— Не работает, — сказал я. — Только неприятное ощущение в голове, и всё.
— Так у вас сила вон какая. Четвёртый разряд, — ни капли не удивившись, проговорил Ерофей.
Мы пробрались сквозь кусты. Рядом с поваленным деревом лежало и тяжело дышало существо, похожее на крупную собаку. Вместо глаз у него были два огромных бельма, кое-как помещающиеся на морде. Ими оно на нас и таращилось.