– До свидания, – буркнула я и поковыляла прочь от странного азиата.
– Инна, выслушайте меня, пожалуйста, – спокойно и размеренно произнес мужчина, последовав за мной. – Я говорю серьезно и не намерен вас пугать. Пожалуйста, поверьте мне. Дело в том, что ваш городок стоит на границе между миром реально-рациональным и миром магическим.
– Это называется полярный круг. Магия: перед ним тепло, за ним…
Я многозначительно кивнула на море, снова начавшее волноваться. Кореец (я решила, что он все же кореец, вспомнив, как в детском лагере дружила с девочкой-кореянкой Адой. Между ней и этим психом было что-то общее во внешности, пожалуй) только вздохнул и снова завел свою песню:
– Не будьте столь категоричны, Инна, это очень важно!
Но я уже неслась к ближайшему магазину. Хотела там укрыться и сделать вид, будто звоню в полицию. День не задался с самого утра: сперва увидела, что пролетела с поступлением, теперь вот мужик привязался и, кажется, шторм собирается. Не успела я об этом подумать, как действительно хлынул ливень. Словно это был не северный город, а какие-то тропики – вода лилась стеной! Мне оставалось до дверей несколько метров, но за это время я вымокла до нитки.
– Меня зовут Энджин, – донеслось мне вслед. – Запомните, Инна!
Энджин. И что мне до того, как его зовут?
***
К счастью, такие ливни скоротечны. И после них хоть небо и хмурится, дождя больше не бывает. Уже минут через двадцать все кончилось, и о непогоде напоминали лишь мокрый асфальт, да лужи в тех местах, где ливневая канализация не справилась с потоками воды.
У моря холодный ветер пробирал до костей, так что я углубилась в город. Брела, размышляя о планах и будущем. И совсем не вспоминала странного корейца. Слишком много навалилось сразу, чтобы мое внимание могла занять ничего не значащая встреча на улице.
От родителей мне досталась квартира. Отец бросил нас с мамой еще когда мне было двенадцать, мама повторно вышла замуж и уехала в Мурманск – строить карьеру и развивать бизнес. Она считала, что дочь уже взрослая и справится с самостоятельной жизнью, я, как и полагало подростку, была этому только рада. Одиннадцатый класс я заканчивала, живя в квартире, принадлежащей лишь мне. Мама высылала неплохие деньги, так что жить было можно, но меня терзали смутные сомнения, что все прекратится, едва мне исполнится восемнадцать. Сегодня, то есть. По сути, родители устраивают свои жизни, а моя… моя им не особенно интересна. Хотя, конечно, это лишь мнение обиженного ребенка – мама и звонила и даже изредка приезжала.
Надо найти работу и понять, чем я хочу заниматься. И если бы это было так просто. Без высшего образования на приличную работу не возьмут, значит, остается или работа неприличная, или фриланс, где большинству плевать, какая у меня корочка – лишь бы работу выполняла. Но с фрилансом дохлый номер. Чтобы чему-то научиться, надо как минимум что-то есть, а еще платить за квартиру. Есть вариант среднего профессионального образования, проще говоря ПТУ, но там, во-первых, стипендия поменьше, а во-вторых, не дают общежития. Если не буду работать, квартплату просто не потяну. Как все сложно.