Я буквально осела рядом со своими ручками и тетрадками, заливаясь слезами, льющимися от бессильной злобы. Он и ему подобные уроды считают, что могут играть чужими судьбами… Сволочь…
Сидя на полу, я нервно собирала свои вещи, которые покрывались беззвучными солеными каплями. Старалась не думать, как я это всё понесу на следующую пару… ведь сложить мне больше некуда…
А домой? Как я понесу это всё домой?..
Боже мой… что же делать?!..
Толпа, что до этого бурлила от эмоций, вдруг отчего-то затихла.
Мне было всё равно. Снимают на видео? Пусть снимают. Я зло сцепила зубы. Уроды. Какие уроды…
Пошли они все нахер. Всем скопом. Дебилы…
— Что здесь происходит? — вдруг в полнейшей тишине произнес знакомый бархатный голос. ___ в своем тг оставила трек, который можно слушать, читая эту продочку ну, точно — животные… (там же я часто оставляю треки, которые у меня ассоциируются = под них можно читать главы)
Я не отвечала, продолжая собирать свои вещи.
Этот козел заодно с Мейсоном. Поэтому в праздное — или нет — любопытство я не верила. Да я вообще в этот миг перестала верить людям.
Сэм больше ни о чем не спрашивал. Видно, сам понял, что происходит.
И плевать — был он здесь или только что подошел…
— Майкл, — негромко сказал он своему лучшему другу, — проследи, чтобы все, — сделал особый интонационный упор на этом слове, — удалили видосы.
А потом Вильсон присел рядом со мной и стал помогать собирать мои лежащие на полу ручки.
— Иди отсюда, — зло сказала я, не глядя на красавчика. — И желательно — нахер! — Боже, я и не знала, что могу так грязно ругаться… Вот как Мейсон на меня действует…
Сэм хмыкнул и произнес так, чтоб слышала только я:
— Нахер никак не могу, — по голосу он улыбнулся, — а вот в…
— Оставь при себе свои грязные фантазии при себе, — также негромко выплюнула я. — А меня оставь в покое. Стадо идиотов… — я схватила последний карадаш и, бережно прижимая к себе вещи, поднялась на ноги.
Проигнорировав руки Вильсона, которые, видимо, сулили мне помощь, я пошла в сторону аудитории, где у нас находилась следующая пара. Из моей охапки норовили выпасть то тетрадка, то ручка, но я буквально сгрузила их в подол своего свитера. Совершенно наплевать было, что он задрался немного, и теперь весь универ обозревает мой пупок.
Я старалась не думать о том, как буду перемещаться по альма матер на остальные пары — их сегодня было четыре. Пыталась не размышлять, как буду ехать в автобусе вместе со всем своим богатством…
— Ой, что случилось, Николь? — ко мне подбежала мисс Ада Корс, преподавательница по Государственным финансам, едва я зашла в аудиторию.