– Ох, молодёжь, – со снисходительной улыбкой покачал головой профессор. – Что, думаешь столько поколений учёных над этим бились, а у тебя, второкурсницы получится?
Он явно хотел меня смутить, но не на ту нарвался. Я прекрасно знала, чем отличалась от стольких поколений учёных Артефактума.
– Ну, так-то да, – хмыкнула я, демонстративно щёлкнув пальцами.
Веточка сингониума, что стоял на столе, в тот же миг увеличилась в размерах, вывернулась и словно демонстративно подала профессору забытую ручку. А я в очередной раз напомнила, что не просто студентка, а вообще-то принцесса Баи, получившая волшебный дар от матушки-природы.
– Намекаешь, что, если там хоть что-то проклюнется, ты дальше из-под земли выковыряешь? – почесал бородку профессор, пристально глядя на протянутую ручку.
– Именно, – самодовольно улыбнулась я, хотя в душе переживала. Мне, конечно, казалось… но вдруг я ошиблась? Эпичный будет провал и придётся брать новую тему для курсовой.
Преподаватель словно прочитал мои мысли – видимо, они были очевидны, и уточнил провокационно:
– А почему не хочешь для курсовой что-нибудь простенькое сделать, а Безвременник так вывести? Факультативно?
– Сил много, – вздохнула я печально и пояснила: – Если я правильно всё оценила, то мороки с Безвременником очень много. К тому же потребуется и ваше участие, и помощь профессора Глассхаус в теплицах, и хотелось бы через академию достать удобрения и основные растения для селекции. Мне может не хватить сил вырастить и его, и ещё что-то дополнительно. К тому же обидно будет, если у меня получится, а мне это даже за курсовую не засчитают.
О том, что дело может не выгореть, я сейчас предпочитала не думать. У меня, конечно, был запасной вариант, если что, в последние пару месяцев сменить тему курсовой и всё же снизойти до Ромашки… Но не успела я его предложить, как профессор Бридинг словно решился.
– Ладно! – заявил он залихватски. – Похвальное рвение надо поощрять. В конце концов, ты могла так сильно не заморачиваться. В общем, даже если у тебя не получится, ты опишешь весь процесс поэтапно и обозначишь, в какой момент эксперимент сорвался. Будем знать, как делать нельзя, а я засчитаю за курсовую.
Из аудитории я выскочила счастливая! Да так и витала в облаках всю следующую лекцию. В столовую я почти летела, не замечая ничего вокруг. Как вдруг меня схватили за руку и развернули в другую сторону.
– Нет, сестрёнка, нам сейчас туда нельзя! – категорично заявила моя близняшка Джинни.
– Почему? – не поняла я, но покорно позволяла себя вести.
– О, там сейчас у ректора ревизия! Проверяет работу домовых и вносит коррективы! Я, конечно, понимаю, что за таким занятием он нас вряд ли заметит, но…