— Кто тут? — спросил я, слыша плеск.
— Это я, Васечкин, товарищ лейтенант. По голосу вас узнал. Тут ещё Ибрагимов и Ларин. Больше никого, все наверх побежали когда лодка тонуть начала.
— Напомни кто я, а то головой ударился и ничего не помню.
Трое матросов добрались до меня. Тоже на полках устроились, вот и пообщался, пока воздух есть, но надолго нам его не хватит. А попал я в лейтенанта Старинова, командира «БЧ-1» на подлодке Первого дивизиона, Балтийского флота, «С-3», что только что погибла после боя с немецкими шнельботами. Причём на борту было два экипажа, ещё команда «С-1», что взорвала свою лодку в Либаве, откуда «С-3» и вышла, жаркий бой закончился нашим поражением. Кто мог выбирались на палубу и плыли к близкому берегу, а кто не успел, оказались заперты тут, внутри боевых отсеков субмарины. Попал я значит в главного штурмана? Буду знать. Сегодня раннее утро двадцать четвёртого июня сорок первого. Ожидаемо. А пока стоит выбираться, пока воздух и шансы есть, так и поступим. Вот и сообщил матросам:
— Погибать не будем, у нас тут кормовой торпедный отсек, аппараты пусты. Значит так, Ларин, открываешь люк в соседний отсек, впускаешь сюда ту толпу, что там находится, вон шумят и стучат, дальше открываем люки нараспашку и выбираемся наружу. Глубина небольшая, шансы выплыть есть, а там и до берега. Ну что замерли? Работаем.
Сначала выяснили что торпедные аппараты рабочие, открыли оба, нараспашку, всё работало, воды немного, но всё же приняли на борт. Причём в отсеке были шесты. Тут головки, накручиваются они друг на друга и длинным шестом помогают пропихивать торпеды в аппараты, и если застряла, вытолкнуть. А тут пригодится выталкивать подводников. Проверили шестами. Один аппарат блокирован, похоже упирается этим боком в дно. А второй свободен. Так что проверили, Васечкина и Ларина мы с Ибрагимовым вытолкнули. Там я открыл люк в соседний отсек, воды сразу прибыло, по сути под потолком дышать только можно. Тут я криками и матом командуя, распределял людей. В основном матросы были, двое рабочих ремонтников, и два мичмана. Одного оставил за старшего, описал что делать, как по одному выталкивать моряков наружу, дальше те сами. Обговорили что делать, когда предпоследнего вытолкнут. Тот должен быть обвязан тросом, конец которого пойдёт к последнему моряку. Вот тот и вытащит за трос его наружу, чтобы не застрял в трубе аппарата. Боцман тут, ему поставил задачу найти канат. Одного мичмана назначил старшим, и приступили. Меня первым вытолкнули. Получилось, палка упиралась в одну из ног, быстрое движение и я снаружи, трое матросов набрав воздуха в лёгкие, нырнули, и вот шестом меня вытолкнули, так что стал, загребая, всплывать. А наверху светло, рассвело. Ботинки и пистолет конечно мешали, но я оставил их при себе и активно работал руками. Глубина метров двадцать, так что всплыл, и я с огромным наслаждением вздохнул чистый и свежий воздух, удерживаясь на поверхности руками, и отдышавшись, осмотрелся. Порядок, чист горизонт, а до берега метров триста, вот и дождавшись Ибрагимова, он следующим был, плавать не умел, хорошо сам всплыл, взяв его шею в захват и потянул к берегу, где уже ждали Ларин и Васечкин. Как раз следующий моряк выплыл и откашливаясь, припустил за нами следом.