— Она умерла? — спросил я.
— Каждый из нас приносит жертвы, — ответил Алексей, вздохнув. — Думаю, ты не хуже меня это знаешь. И, да, она умерла.
Я кивнул. В общем, я так и думал. Быть может, она также как и я возродилась в какой-то другой вселенной, но точно — не в той же, что и я. Потому что я бы ее узнал.
— Старику не понравилось то, что я задумал, — продолжил мужчина после паузы. — Ну и тебя, конечно, он очень хотел прибрать к рукам. Вот и получилось, что получилось. Так что лучшего решения, чем перейти на время в другой мир я по итогу так и не нашёл. Уже после понял, что… в какой-то степени это могло быть подстроено…
Он бросил на меня вопросительный взгляд, будто о чем-то спрашивая… но почти сразу дернул головой.
— Впрочем, неважно. Главное, что я смог завершить то, что должен был. Свой проект, который объединит миры, сделает их безопасными… Старик этого не хочет. Думает, что я ошибаюсь, а потому… В общем, ты понял, какие у него методы. Потому мне и нужна помощь. Место, в которое я хочу попасть, находится под защитой. Лао, разумеется, знает, что мне туда нужно. И без тебя я просто не доберусь.
Он снова замолчал, а я…
— Мне нужно подумать, — сказал я.
— Немного времени у нас есть, — сразу кивнул он.
Я встал с дивана и взял Энергошокер.
— И ещё медитация. Есть выход на крышу?
— Да, я проверял. Пойдем, покажу.
Несколько часов спустя.
…завершив очередной круг макрокосмической орбиты, я медленно выдохнул. Для полноценной медитации этого времени было мало, но какую-то часть работы я выполнил. Движения формы наполнили мою энергетическую структуру. Теперь нужно было только повторить их раз этак несколько тысяч, чтобы это тело привыкло к ним.
В теории, конечно, я мог запустить этот процесс просто внутри энергоконтура и дублировать в сознании, чтобы не тратить время. Так, пожалуй, и придется сделать. Не идеал, но лучшее из возможного сейчас.
Опустив руки — до этого я стоял в позе чжанчжуан — я окинул взглядом окружающий пригород. Солнце к этому времени успело зайти, и вокруг стояла тишина. Притом, что время-то было совсем не позднее. Даже непривычно, если честно. В этом мире я в Европе почти не жил. Все больше в России, либо в Америке, и что там, что там к вечеру народ наоборот только заводился.
А тут даже с трассы, пролегавшей рядом, шума почти не доносилось.
Во время медитации думать противопоказано, так что только сейчас в голову стали возвращаться подробности нашего с Алексеем разговора.
Верил ли я ему?
Пожалуй, так даже вопрос не стоял. Куда важнее было понять…