Я накидываю пальто и, ругая свое дурацкое длинное платье, выхожу из ресторана. Мне везет, на празднике отец как раз произносит речь, поэтому на крыльце практически никто не курит. Скорее всего, меня вот-вот начнут искать, а я просто хочу немного погрустить в одиночестве.
Обхожу вокруг здания и вижу метрах в двадцати заброшенную зону барбекю. Сейчас выстроили новую, перед центральным входом в ресторан. В старой беседке фонарь не горит, зато есть лавочка. Идеально! Я спешу туда, присаживаюсь и смотрю на экран телефона.
Родные мои. Как же я хочу к вам! Пускаю видео по десятому разу, как слышу знакомый голос. И ушам своим не верю!
— Анжелика? Это ты? Какая удача! — Тарас возникает словно из ниоткуда и спешит ко мне. — Я голову сломал, как тебя вызвать! Пытался официантов подкупить, но они отказывались. И тут белое пятно в темноте.
У меня сердце обрывается.
— Как? Как тебя выпустили?! — ахаю я, соскакивая на ноги.
Он кидается ко мне, хватает за руки. Нас обоих бьет током, но в этот раз физики явно недостаточно, чтобы остановить объятия.
— У меня тоже есть связи, глупая. Твой отец не самый крутой в мире.
— Какие связи? Какие связи против прокурора? — нервничаю я.
Я так сильно рада его видеть! Что на секунду позволяю себе поверить, что у него действительно может быть всё под контролем. Как у Владимира.
— Моя принцесса, — шепчет Тарас и обнимает меня.
А я прижимаюсь к нему. Он мой друг. Человек, который был рядом все эти годы. Не в прямом смысле, конечно, но на моей стороне. Я просто знала, что у меня есть близкий друг.
— Я так жалею, что мы не убежали в тот раз, — шепчу я. — Сейчас уже поздно. Но я рада тебя видеть. Хорошо, что тебя выпустили. А теперь уходи. Я вышла всего на минуту проветриться.
— Я пришел за тобой, — он снимает с плеч рюкзак и плюхает его на лавку. — Переодевайся и бежим!
— Я уже замужем, Тарас, — горько усмехаюсь.
Он берет мою руку, стягивает кольцо и, не дав мне возможности пискнуть, швыряет его в кусты.
— Ты с ума сошел! — я толкаю его в грудь.
— Хватит быть такой трусихой, — вспыхивает он и начинает в спешке доставать из рюкзака спортивный костюм, свитер, кроссовки. — Решайся. Уходим сейчас. Машина уже ждет. У тебя самолет завтра, больше тянуть нельзя.
Я мешкаю. Безумие!
— Я люблю тебя, Лика. По-настоящему люблю. А теперь послушай меня внимательно. Твой отец уже старый. И слабый. А это значит, что скоро он потеряет и должность, и власть. Он ничего нам не сделает. Никита Игоревич поможет. У тебя всё будет. Учеба, таблетки… Я всё устрою.
— Никита Игоревич? — Я вспоминаю, как напрягся папа в присутствии дяди Никиты, как начал лгать про мою беременность, и мне становится не по себе. Одно дело — размышлять о возможности попросить у постороннего мужчины помощи, другое — сделать это. На свадьбе дядя Никита, кстати, присутствует. Что за двуличие? — Но… за какие заслуги? Что ты пообещал этому человеку за то, чтобы он нам так сильно помог?