— Да эти сучки не заниматься хотят, а ищут способ клинья к нему подбить! — Рыжая никогда выражений не выбирала и говорила, что думает. — Они ему весь мозг вытрахают, какие тогда экзамены!
— Это мы проверим буквально через пару дней, — отрезала Доливо, не собираясь вступать в дискуссии, — а пока довольно позориться и меня позорить!
— Повезло тебе. — Илма всё же оставила за собой последнее слово. — И только попробуй улизнуть сегодня от занятий. Найду и ноги переломаю.
— А я погляжу, у вас весело! — Раздавшийся от дверей голос заставил весь класс повернуться в ту сторону. — Анастасия, душа моя, в рядах твоих сторонников раскол? Я говорил, что не стоит девушке играть во взрослые игры. Оставь это нам, мужчинам.
— Спасибо за совет, Казимир, но я решу сама, что мне делать. — Доливо-Добровольская и раньше не отличалась эмоциональностью, а сейчас и вовсе превратилась в восковую статую. — Или Бжостовские решили, что могут командовать моим родом?
— Упаси Господь! — Смазливый белобрысый парень поднял руки. — Это всего лишь моё личное мнение и желание помочь невесте.
— Я. Не. Твоя. Невеста. — Впервые за всё время Тим видел Анастасию настолько взбешённой, пусть внешне это почти не проявилось. — И никогда ей не стану!
— Не стоит делать столь громкие заявления. — Бжостовский мило улыбнулся, направившись к парте. — Наша помолвка уже практически решённое дело. Поэтому не будь букой и позволь тебе помочь хотя бы советом. Например, как выбирать людей в ближний круг. Извини, но пока это у тебя не получается. Рыжая твоя неадекватна, и её пускать в приличное общество нельзя, а этот простолюдин, которого ты решила приблизить… — Белобрысый кинул в сторону Тима презрительный взгляд. — Он не помнит добра, и от подобных ублюдков нужно избавляться. У тебя в классе есть гораздо более достойные и благодарные люди. Например, Покровский. Я уже взял покровительство на Кириллом, но ты можешь использовать его как пожелаешь. Всё для тебя, моя дорогая.
— Слышь, Казимир, а ты часом не… — взвилась Илма, совершенно не умеющая держать себя в руках, но Анастасия не дала разгореться скандалу.
— Довольно! — Девушка одним движением отбила в сторону руку Бжостовского, которой он пытался поправить выбившийся локон. — Я благодарна вам за совет, Казимир Витольдович. Можете быть свободны.
— Конечно, моя дорогая, — ничуть не оскорбился холодным тоном белобрысый, а льда в голосе Доливо хватило бы, чтобы заморозить даже Северный полюс. Ещё увидимся. Кирилл, я на тебя надеюсь.
— Конечно, господин! — Покровского буквально пружиной подбросило с места, и он согнулся в поклоне. — Я буду верной опорой госпоже Анастасии!