… Срединные озёра королевства — места густозаселённые. Собственно, по истории именно по этим озёрам изначально и двигались люди, расселяясь на север. Множество лодок плавали вдоль берегов. Деревни, городки. Озёрные провинции — это прям основа королевства в сельскохозяйственном смысле. За время путешествия на пароходе, Энтони с Мариан отведали множество рыбных блюд, а также пирожков, пирогов. А Энтони до конца восстановился после истощения.
— Оу, Мариан, — а верная ардуни добилась своей цели.
А именно, совратила хозяина. Сопротивляться этому было решительно невозможно и, честно говоря, смысла в этом Энтони никакого не видел. Любопытно, что складывалось впечатление, что дева, как говориться, дорвалась. И каждое утро на пароходе начиналось понятно с чего. И заканчивалось тем же самым. И днём тоже случалось. Энтони был не против, понятно. К тому же, поведение Мариан было слегка необычным. Она постоянно стремилась поплотнее прижаться в начале. Чтобы прям всем телом. Потому руками и губами доводила почти до разрядки (поначалу и до конца), потом притормаживала, далее снова доводила, уже всем, хех, арсеналом. Похоже, у неё имелась некая установка, если не сказать соревнование, максимальное количество раз уловить, когда хозяин уже готов извергнуться, но не перейти эту грань. А ещё она совершенно при этом не заботилась о себе, что уже Энтони не нравилось… И он тоже вступил в это социалистическое соревнование по доведению партнёрши до пика. Получалось забавно. Ну, и чего таить, необычно. Вышло, что он тоже прокачивался, только в несколько сомнительном направлении.
Вот и сегодня Мариан принялась за своё. Пробралась к спящему господину (на одной кровати дева спать отказывалась, не положено) и, пользуясь сонным состоянием жертвы, провернула свою постельную стратегию. Кстати, это мисрийское нижнее бельё для ардуни доставляло. Фактически, это две штанины, прикреплённые к поясу и этакая юбочка. Естественно, с полностью доступными интимными частями тела…
… После утренних упражнений следовало омовение. И тут Энтони решительно был отстранён от любых активных действий. Хорошо, что облачаться господину можно самому.
«Ну, что же, — думал парень, смотря в зеркало. — Неплохо».
«Не надо ложной скромности, — хмыкнул Младший. — Мы прекрасны».
«Предпочитаю такие эпитеты применять к дамам».
«Хорошо, мы великолепны».
«С этим трудно спорить».
Чёрный костюм со стеклянным отливом. Атласная шейная угольно-чёрная лента, с серебряным кантом. Шейная брошь примечательная, явно древняя. Массивная, из золота. А ещё она артефакт. Тот самый, да, снятый с Крампа. Это ещё и провокация. Ибо в столицу едем не развлекаться.