— И это лучший ученик боевого факультета? — кричал он. — Зачем ты вообще сделал это, Коллинз?
— Эйра попала в неприятность и… — протянул Энзо, явно не ожидавший такого напора.
— Твои сердечные дела меня не волнуют, — отмахнулся Бэксвилл. — Я спрашиваю, зачем ты опустил щит? Ты, находясь на полигоне во время боевой тренировки, не только покинул свою полосу препятствий, но и убрал защиту, предварительно не убедившись, что искра связи потушена! И никак не отреагировал на простое заклинание, которое даже младенец способен расплести! И все это в присутствии гражданского лица, которое ты поставил под угрозу! Коллинз, это позор! Чему я тебя учил эти годы?
— Простите, господин Бэксвилл, но ведь и ректор ничего не сделал. — тихо прошуршал Энзо.
Ну такое себе — перекладывать ответственность. Не совсем по-мужски
— Поступки господина Драксиса — это не твоя забота, тебе стоит следить за своими,
— отрезал дракон. — В наказание за то, что убрал щит во время боевой тренировки и тем самым повлек ранение третьего лица, ты будешь неделю снаряды мне чистить.
Все ясно?
— Так точно, господин Бэксвилл, — обреченно протянул Энзо. — Только щит я не убирал. Даже не представляю, как он соскользнул.
— Не убирал? Что же он, сам испарился? — ехидно передразнил его господин-садист — Не ищи себе оправданий, Коллинз. В понедельник жду тебя на полигонах.
И закончив разнос, Бэксвилл ушел. Да уж, хорошо, что он не наш декан. Следующая неделя прошла для меня в крайней неловкости.
Энзо тоже допустили до занятий, а поскольку мы все еще были партнерами в грядущих танцах, то нам приходилось репетировать.
При этом я явственно ощущала недовольство дракона — ему не понравился мой отказ, хотя он и старался вести себя, как обычно. вот только получалось у него это скверно — я постоянно ловила его хмурые взгляды.
С ректором дела обстояли ничуть не лучше — сказав, что у него полно работы, Драксис отменил наши занятия до конца недели. На лекциях его тоже не было, и он даже не потрудился узнать, поправилась ли я.
Вот так, Эйра, то два кавалера было, а теперь ни одного.
Хотелось бы, чтобы и Хавьер угомонился столь же быстро, но вот маг льда как раз сдаваться не собирался — прислал мне еще два письма о том, как с нетерпением ждет нашей встречи, и как хочет меня увидеть.
На первое я не ответила, на второе — нарисовала руку с поднятым средним пальцем и отослала, в надежде, что несносный бывший поймет столь прозрачный намек.
Фрост не понял — заявил, что с удовольствием наденет на этот палец колечко.
Так я и маялась до пятницы. По утрам ходила к почтовому порталу, чтобы разорвать и выкинуть очередное послание Хавьера. Днем, танцуя с Энзо, жалела, что окончательно не разорвала эти отношения. А вечерами думала о том, куда подевался ректор и почему вдруг стал так себя вести.