– Нельзя! Я девственница! – кричу, когда он устраивается у меня между ног, прижимая член к складкам.
Паук замирает, недоуменно смотря на меня, а затем произносит:
– Сейчас я избавлю тебя от этого недостатка.
– Сейчас я избавлю тебя от этого недостатка, – произносит чудище по кличке Паук.
Он удерживает меня одной рукой за бедро, а на пальцы второй сплевывает и размазывает влагу по моим складкам.
– Что ты делаешь? – чувствую себя круглой дурой, задающей тупые вопросы.
– Смачиваю тебя, Снежинка, – смотрит на меня диким взглядом, в котором плещется животная похоть. В его взгляде нет ничего цивилизованного, будто меня поймал неандерталец, не знающий слова “нет” и следующий только первобытному инстинкту – подмять и взять.
Боже! У меня все внутри дрожит, а кожа горит под его прикосновениями.
Страх сковывает меня, не давая дышать. Я смотрю на мужчину надо мной, понимая, что не таким я представляла себе свой первый раз. И может быть, если бы мы встретились при других обстоятельствах и этот мужчина не оказался бы тем самым откинувшимся с зоны Пауком, которого я должна опасаться, то я впечатлилась бы его внешними данными. А сейчас я вижу перед собой только насильника.
– Чтобы хуй вошел как по маслу, – с этими словами он раздвигает нижние половые губы и кружит пальцами вокруг входа.
Я дергаю бедрами и на лопатках пытаюсь отползти назад, но он пришпиливает меня тяжеленной ладонью.
– Поздно бегать, малышка. Сейчас я тебя сделаю взрослой! – дразнит пальцами, кружа вокруг лона, вызывая мурашки по коже и заставляя меня вцепиться ладонями в простыню.
– Это изнасилование! – кричу, закусывая губу, не понимая собственных ощущений.
Мне становится жарко и щекотно там, между ног.
– Да? А вот так? – другим пальцем он нажимает на горошинку клитора, и мое тело начинает функционировать против меня.
Кожа вспыхивает, а в животе скапливается напряжение, что с каждым движением его пальцев лишь сильнее нарастает.
– Горячая, отзывчивая! Сейчас с тобой кайфанем, Снежинка. Уже течешь!
– Неправда, – к своему стыду, понимаю, что он прав. Но хватаю его за запястье, пытаясь остановить.
– Сейчас чуток растяну тебя, чтобы болт мне не оторвала, – начинает вводить палец, как вдруг раздается грохот в дверь, от которого я вздрагиваю.
– Я занят! – кричит монстр, смотря на меня из-под тяжелых век.
– Паук! – рявкает голос за дверью. – Швед приехал. И с ним Северские.
– Твою мать, – замирает он и озадаченно смотрит мне между ног и на свой вздыбленный член. – Сука! – резко поднимается с места. – Пятнадцать минут!
– Прости, Назар Ефимович. Но Швед какой-то дерганый. Требует немедленно тебя увидеть.