— Главное вовремя кормить, водить гулять и спаривать с его ручной суккубой, — продолжала Фиэль. — А Холхюк и вовсе весьма уважаемая персона среди себе подобных. Самый старый и мудрый шаман зимних фейри. Практически дедушка всей нации! И до начала войны с нежитью уже целую кучу столетий жил скромно, стараясь лишний раз не напоминать миру о своем существовании.
— Ну, ты думай, что говоришь! — постучала себя по шлему марионетка и пустила в Сартара молнию из посоха. — Я тебе что, пекинес, чтобы обо мне так отзываться! Между прочим, я самый страшный темный маг в нашей спальне! Ладно, твое поведение мы потом обсудим. Когда наконец устроим кремацию одному слишком буйному типу.
Джоана попыталась пробить спину проклятого короля роем острых льдинок, сорвавшихся с ее посоха. Десятки сверкающих на солнце снарядов били в одно и то же место, словно хрустальный поток. Даже Фиэль с ее острым зрением не успела заметить темную тень, мелькнувшую среди светлых снарядов. А потом уже было слишком поздно.
— Ааа! — Волшебница вырвала из запястья пробивший его кинжал, с украшенной крупными синими камнями рукоятью. И застонала. Плоть Джоаны стремительно распухала и гнила, обнажая кости. Лезвие явно было смазано ядом.
— Что такое, дорогая? — обернулся Сартар, метнувший оружие вслепую. — Не ожидала, что твои защитные чары пропустят то, в чем хранится частица сил их создательницы? Или ты забыла об этом кинжале, который подарила мне? А я, как видишь, бережно хранил подарочек. Всегда носил его в рукаве. И сейчас вернул его с довеском!
С хлопком архимаг исчезла с улицы и появилась на крыше рядом с Фиэль.
— Защити меня, пока я вожусь с отравой, — прохрипела она, серея на глазах. Гниющую руку волшебницы покрыл наколдованный лед, и разложение, уже почти дошедшее до локтя, остановилось. — Я неплохая целительница и смогу вывести яд, но мне нужно время. Если не принять меры, эта дрянь быстро разнесется по всему организму!
— Сделаю все, что смогу, — кивнула Фиэль.
Эльфийка мысленно примерила подобную травму на себя и передернулась. Она бы остановить процесс гниения, скорее всего, не смогла из-за болевого шока. И погибла бы хоть и быстро, но весьма мучительно.
— А мы поможем, — добавил гоблин и обрушил на проклятого короля с десяток бомбочек, извлеченных из свернутого пространства. — Займем нашего дорогого гостя так, чтобы он своими ногами отсюда точно не ушел!
Провалившийся в зыбучий песок до голеней Сартар легко вырвался на свободу и попытался уйти, кинувшись в одну из боковых улиц. Однако путь ему перекрыл гоблин, обрушив стены зданий. А там и отдышавшийся Холхюк подоспел. Костяной посох крутился в его руках, разрывая воздух быстрее, чем крылья комара. Если бы проклятый король не отбивался, то каждую секунду получал бы не меньше десятка ударов. И оставалось только гадать, как долго могла продержаться под подобной нагрузкой его нематериальная броня.