— Да мне похуй, — отмахнулась она. — Нам всё равно пизда.
— И почему я не удивлён? — закатил глаза Кочетков. — Выкладывай.
— Хули там выкладывать? Он нас раскусил, притом сразу.
— А я говорил…
— Пизду мне вылижи, говорун хуев. Сам бы и трахался с ним тогда, раз такой умный.
— Что с ним?
— Я его пизданула.
— Как?
— Хуем об косяк! Блядь, Кочет! Ты чё, не знаешь, как убивают?
— Да тише ты! — шикнул на девушку Игорь. — Я способом интересуюсь.
— А-а-а… Да ничего особенного: прирезала, пока трахались.
— Куда? В смысле, в сердце или горло?
— Да я ебу? Много куда. Там штук сорок ножевых, наверное. Ну, первый раз в глотку ткнула, чтоб он не орал.
— Это хорошо, — улыбнулся Игорь. — Значит, голова целая.
— Только не говори, что ты его мозги жрать собираешься, — поморщилась Марго. — У него там сто пудов вместо них говнище.
— Нужно действовать. Сейчас.
— Чё? — Марго посмотрела на Игоря отрешённым взглядом. — Ты там не ебанулся часом? Куда ты чего действовать собрался? Здесь шестьсот вооружённых ебальников! Да нас прихуярят сразу, как только тушку Горячева найдут.
— Рот закрой, — огрызнулся Кочетков и отвесил подруге подзатыльник. — Поднимай наших, идём к главным воротам. Долбоёб уже должен был собрать орду.
— Так? — Марго продемонстрировала своё обнажённое тело, перепачканное в крови.
— Да, — усмехнулся Кочетков, — так будет даже лучше.
На выходе из казармы Игорь споткнулся ещё об одно тело. И оно многое объясняло. А именно то, как Марго смогла незаметно проскочить внутрь. По идее, дневальный обязан был устроить переполох, вот только теперь он отдыхал с огромной раной на горле. Похоже, Марго с перепугу пилила ему глотку, пока нож не уткнулся в шейные позвонки.
— Ох ебать! — прокомментировал увиденное Грек. — Это ты его?
— Угу, — кивнула Марго.
— Пиздец, — поморщился гопник. — И как мне после этого на тебя дрочить?
— Молча, — зло прошипел Кочетков. — Ещё один звук — и я лично тебя прирежу.
Парень благоразумно промолчал, хотя много чего хотел бы сказать этому очкастому отморозку. Но в свете последних событий он начал бояться его сильнее, чем оживших мертвецов. Да и чего греха таить, он просто хотел жить. А как Кочетков расправляется с недовольными, он уже насмотрелся.
От казарм до Спасской башни путь неблизкий. Для этого нужно преодолеть чуть ли не всю территорию, которая фактически просматривается со всех сторон. И если из здания Арсенала до Сената ещё как-то можно было пробраться незаметно, то дальше начинались серьёзные проблемы. И Игорь решил действовать через ворота Никольской башни. А уже в суматохе можно попробовать открыть и Спасские ворота.