Задачи мы распределили быстро, как на стройке. Марко отправили на кухню.
— Снимай медную раму, только аккуратно, зеркало сохрани! Раму не жалко, вот, возьми нож. Не поддастся, подцепи топором.
Мы же вместе с Каспаром спустились в кабинет за бочонком свинцовой дроби. В кабинете, уютно устроившись за моим столом, сидела Инесс, на коленях у неё меховым кренделем дрых гедонист-Боцман, а сама девушка увлечённо листала страницы судового журнала.
Каспар замялся, потирая шею.
— Дочка, ну, как же так? — пробормотал он с явным смущением. — Чужие книги без спросу… Неудобно ведь перед хозяином.
Я только рукой махнул:
— Да брось, Каспар, никаких секретов там нет. Пусть читает, если ей интересно, может, найдёт что-то увлекательное, а то на острове развлечений маловато, океан да камни.
Инесс подняла на нас серьёзный взгляд.
— Мне правда было нечем заняться, но книга удивительная. Знаешь, я нашла здесь несколько знакомых имён. Подумать только, как бежит время!
— Интересно, — ответил я, стараясь не отвлекаться. — Обязательно расскажешь мне об этом позже, хорошо? А сейчас нам с твоим отцом нужно кое-что забрать.
Мы выудили из-под стола тот самый бочонок. Тяжёлый, зараза! Внутри глухо перекатывались свинцовые пули. Взяв пару горстей, мы отправились на точку сбора. Марко поработал на совесть: зеркало сиротливо стояло в углу, а в руках он держал медную раму.
— Вот, — он протянул мне металл. — Ободрал, как липку.
Разлом в бронзовом обруче наверху оказался небольшой, пальца в два толщиной, и металла должно хватить. Я с силой смял раму, превращая её в компактный комок, После чего открыл заслонку печи, выгреб деревянные головешки и положил медь внутрь. Следом отправились два чёрных кристалла, а сверху высыпал горсть свинцовых пуль.
— Ну что, друзья, момент истины, — я закрыл заслонку и вытер руки о штаны. — Идёмте наверх запускать плавку.
Мы снова поднялись в фонарную. Я подошёл к пульту управления, который видел лишь единолично, и занёс руку над кнопкой «Ремонт». Каспар и Марко стояли рядом, переводя взгляд с меня на лопнувший обруч и обратно. Они явно не понимали, чего я жду, застыв с поднятой ладонью перед пустым воздухом.
— Просто доверьтесь мне, — не оборачиваясь, сказал я. — Наверное, это какая-то связь Маяка со Смотрителем, я вижу то, чего не видите вы. Считайте это особенностью моей службы.
— Да ты шутишь! — фыркнул Марко, сложив руки на груди. — За дураков нас держишь? Стоишь, пальцем в небо тычешь…
Спорить не хотелось.
— Приготовьтесь, немного потрясёт.
Я запустил «ремонт». Прошла секунда, две, пять… Ничего. Марко уже набрал в грудь воздуха, чтобы выдать очередную колкость про шарлатанство, но тут Маяк мелко и часто задрожал, будто по башне прошёл электрический разряд, в шве бронзового обруча вдруг проскочила яркая искра, синевато-белая, злая.