Ну, ладно-ладно! Всего пару раз. Уже и преувеличить нельзя! Но новый внешний вид баронессе понравился, да и муж тоже оценил посвежевшие стати супруги. Утром меня благодарили оба. К обеду, когда из спальни, наконец, вышли сын с невесткой, семья и вовсе не напоминала себя образца суточной давности. Все были довольны, улыбались, шутили и громко переговаривались. Люди! Как мало им для счастья надо.
А уже вечером барон стал лично со мной заниматься учебой. Кроме того, чтобы научить меня писать и читать, он также преподал мне математику, обучил основам этикета и парочке иностранных языков. На это ушло пять дней, а весь шестой день я валялся без сознания, приходя в себя после столь длительного применения «зелья прорицания». И кажется, я стал привыкать к зелью. Боли однозначно было меньше.
И вот, настал тот день, когда учить меня было больше нечему, а в замке были вылечены даже слуги и охранники. Более того! Невестка забеременела! Правда, ни один человеческий врач подтвердить это пока не мог, но барон мне поверил. Отсюда и такая большая сумма на чеке.
Так что покидал я замок с чувством хорошо сделанной работы, и полностью довольный тем, как все сложилось. Кроме различных бумаг, барон снабдил меня в дорогу превосходным гардеробом, что служанки всю неделю перешивали под мой размер и подарил некоторые свои вещи, как, например, тот саквояж, что я сейчас держу в руке.
Мою повозку и лошадей уже давно перегнали в деревню слуги барона и отдали Гансу, а сегодня я путешествовал со всем комфортом на карете с баронским гербом и его охранниками, что должны были доставить меня до какой-то там железнодорожной станции, где посадить на поезд. Что такое поезд я понятия не имел, хотя слышать про некие железные дороги мне уже приходилось. Теперь хоть посмотрю, зачем это люди выстилают железом дороги! Лошадям же неудобно!
Тепло попрощавшись со всем семейством, я заскочил в карету, напротив меня сел мой сопровождающий — Альберт, глава охраны барона, и мы тронулись. Впереди меня ждала Академия и возвращение бессмертия! От предвкушения этого мое сердце было готово вырваться из груди.
— Не волнуйтесь так, господин Кощей. Вы еще увидитесь с хозяином.
Ха! Альберт, видимо, заметил волнение на моем лице и отнес его на счет трогательного прощания. Разочаровывать его я не стал, тем более что и, правда, немного привязался к барону и его дочери, остальных-то я почти не видел. Баронесса занималась какими-то одной ей понятными процедурами, что должны были сохранить ее вторую молодость, а сын с женой почти не выходили из спальни — я немного перестарался с лечением, и молодому парню требовалось постоянно снимать появляющуюся эрекцию. Впрочем, его супруга была полностью этим довольна.