— Так, а что же тогда за куча шкафов? — спросил я, удивленный тем, что в обоих квартирах находилось по меньшей мере три больших платяных шкафа. — Что вы храните в них?
— Это же шкафы для одежды, герой, — отозвался Володя. — Понимаешь?
— Понимаю, — совершенно непонимающе кивнул я. Только смысл держать столько одежды? Вместо того, чтобы задать этот вопрос, я как обычно съязвил: — держите полный комплект на случай, если вся база останется голой?
— Нет, просто одежда на любой сезон и случай, — фыркнула Лена. — Из расчета на стандартную тактическую группу до пяти человек в составе.
— Ага, — кивнул я снова, но теперь уже с большим пониманием дела. — Но мы ведь сейчас идем исключительно на разведку, правда? — добавил я, посмотрев, как Владимир достает из-под пола короткоствольный дробовик.
— Конечно, на разведку, сам же говорил! — он положил оружие на пол, а вместо него взял ставший уже привычным мне по виду «грач». Еще один он передал сестре, третий достался мне. Новенький, без единой царапины. Идеальная черная сталь.
— Я к тому, что дробовик в толпе…
— Слушай, — остановил меня Воронков. — Я прекрасно понимаю, что ты предложил замечательную идею, но за дурака меня держать не надо.
Я почувствовал, что краснею, когда он взялся меня отчитывать, но все же не стал отвечать и он продолжил.
— Когда мы его схватим, скорее всего, сюда мы уже не вернемся, поэтому оружием надо запастись достаточно, чтобы нам хватило для обороны в любом месте. Ферштейн? — он снова опустился на колени и начал набирать боеприпасы, попутно выкинув наружу еще несколько автоматических винтовок.
— Ага… — я прикусил язык, понимая, что серьезность подготовки без контроля со стороны руководства в этот раз превзойдет все ожидания. Просто я не очень представлял, как мы двинем вниз по подъезду с горой оружия до автомобиля.
— На первый раз ограничимся минимумом, — командовал Воронков, которому Лена уступила право руководить операцией. — Никаких бронежилетов. Все предельно простое и аккуратное. Оружием обвешиваться не будем. Совсем, — добавил он на всякий случай.
— Да я понял уже, — отозвался я, чувствуя, что исполнение моей задумки Владимира все же задевает. Вернее, его задевает то, что не он ее придумал. Или еще какая-нибудь психологическая хрень. Одним словом — его что-то бесит.
Так что далее я молча взял из шкафа подходящую мне одежду, сменив простую футболку, в которую меня переодели по прибытии, на стильную клетчатую рубашку. Может быть, она уже и не считалась стильной, но мне пришлась по душе. Джинсы и кроссовки были еще с бирками. Я снова ощутил себя винтиком в огромной машине, которая работает так, что отдельные ее элементы взаимосвязаны, но никогда не встречаются. И от этого стало немного жутко.