– Ты идиот, Зарецкий. Это все должно было быть нашим. У нас мог быть достойный союз и семейный бизнес. А ты предпочел мне безродную девку!
– Чтобы ты знала, дело не в ней. Я все равно не женился бы на тебе. Ничего общего я никогда и не планировал.
– Сволочь! Ненавижу тебя, Зарецкий! Лучше бы ты сдох в той канаве! – переходит она на визг.
Что я чувствую? Ничего. Просто все становится на свои места. Каждый получит то, что заслуживает. Устало бросаю взгляд на часы. Пора прекращать этот цирк. Даю отмашку и в кабинет входят сотрудники следственного комитета. Партия сыграна. Можно переходить к более приятным вещам. Например, показаться родителям. А потом предстоит поговорить с Викой. Расставить все по своим местам.
Глава 27
– Зачем ты пришел сюда? – злюсь на Зарецкого.
– Что, даже за порог не пустишь? – ухмыляется он.
– А не ты ли поступил аналогично, запретив мне появляться в офисе?
– Тебе ни к чему лишние переживания, – кивает на мой живот.
– Знаешь ли, за эти полгода я уже все пережила, зря беспокоишься, – зло бросаю и иду в комнату.
Зарецкий идет следом. Усаживается в кресло напротив дивана, на котором я расположилась. Видимо, он настроен на разговор. Что ж, поговорим. Я ждала этого. Наконец-то он снизошел и до меня.
– Объяснишься? – требует он.
Что? Это я должна объясняться? Да он издевается надо мной.
– Я? Зарецкий, ты ничего не путаешь? Это не меня не было полгода. И не я после просто объявилась, ничего не объяснив.
– Я вернулся сразу, как только смог. Но меня ждал не такой радушный прием, которого я ожидал. Моя невеста смотрит на меня колючим взглядом вместо радости от того, что я вернулся. Даже не смотря на то, что носит моего ребенка. Это же мой ребенок? – говорит уверенно, но все равно замечаю его сомнение. Зря.
– Это твой ребенок.
Михаил заметно расслабляется и смягчает тон.
– Тогда каковы причины твоей холодности?
Еще спрашивает. А что, после расставания я должна радоваться, что он пришел ко мне? Нет, я безусловно рада, что он жив, вернулся. В моей груди полыхает так, что сил нет сдерживаться. Но я помню каждое слово, написанное им перед тем, как он пропал.
– Я больше не твоя невеста. Ты отменил свадьбу.
– Прости, я не мог явиться на нее, будучи в тяжелом состоянии, – расстегивает рубашку, демонстрируя затянувшуюся на груди рану.
– Что это? – неожиданно пропадает вся моя злость.
– Это след от пулевого ранения. Я действительно не мог вернуться, Вик.
– Значит, покушение все-таки было. Извини, у нас не было никакой информации.
– Это не отменяет того, что наши отношения изменились. Причина только в моем отсутствии? Я объяснил его.